– Тебе спасибо, что посадил нас на землю в целости и сохранности. Будь на твоем месте другой пилот, наши останки сейчас валялись бы в лесу вперемешку с обломками самолета.
– Просто жуть! Ну что ж, как говорится… на здоровье.
Дилан смотрел, как горит его «сессна». Среди пилотов ходит шутка: если после посадки ты можешь идти, это приземление, а не катастрофа. И все же Дилану стало грустно. Конечно, страховка покроет стоимость убытков и он сможет купить себе такой же новый самолет, но все будет уже не так, как прежде. На своей малышке «сессне» он налетал много миль. С этим самолетом он пережил худшие дни в своей жизни.
Шелби ничего ему не сказала, за что он был ей бесконечно благодарен. Она молча взяла его руки в свои. Дилан с благодарностью кивнул.
Дилан еще немного постоял на месте. Вытащить из «сессны» ничего не удастся. Даже за рацией и сотовыми телефонами возвращаться небезопасно. Он продиктовал диспетчеру примерные координаты, но в такую глушь спасатели не доберутся.
Судя по навигатору, который Дилан захватил с собой, в двадцати километрах к северу от них есть небольшой городок. Конечно, никакого аэродрома там нет, зато они раздобудут телефоны.
Дилану стало не по себе. Только в «Омеге» знали, что именно он повезет Шелби в Вашингтон. Возможно, злоумышленник, который вчера дважды чуть не убил Шелби, ехал за ней от ее дома. Но манипуляции с его самолетом означают только одно.
В «Омеге» засел враг, все остальные объяснения не имели смысла. Тот, кто манипулировал с его самолетом, сделал это вчера ночью, в грозу. Вчера днем он летал на «сессне», с самолетом все было в порядке.
Кстати, последний год его братья и сестра делились с ним своими подозрениями о том, что в «Омеге» завелся «крот» – двойной агент. Операции необъяснимым образом срывались, у агентов возникали неожиданные препятствия. Правда, пока им ничего не удалось доказать. Глядя, как догорает его самолет, Дилан понял: все было подстроено так, чтобы они с Шелби погибли. Какие еще доказательства существования «крота» им нужны?
Напрямую он никого не мог обвинить, но все больше склонялся к мысли о том, что многое указывает на Денниса Бергами, его бывшего босса. Именно Бергами направил к нему Шелби, он знал, что они полетят на самолете Дилана.
– Неужели придется идти пешком до самого Крисченсберга? Ведь это сто километров! Я слышала, как ты разговаривал с диспетчером. – Шелби смотрела на него снизу вверх, озабоченно сдвинув брови.
Сам не понимая, что делает, Дилан погладил ее по щеке, потом по лбу, словно желая разгладить морщину. Шагнул к ней, но тут же опомнился. Опустил руку и отстранился.
– Нет, нам не придется топать до самого Крисченсберга, – хрипло ответил он и откашлялся. – Тут есть еще один городок, гораздо ближе. До него километров двадцать. По такой местности поход займет у нас часов пять-шесть. Так что пора выдвигаться.
Несмотря на раненое плечо, Дилан настоял на том, что сам понесет рюкзак. Шелби тяжело вздохнула. Ей показалось, что он хотел ее поцеловать, но потом как будто опомнился и снова стал держаться суховато и деловито, вытаскивая из рюкзака все лишнее, старался не прикасаться к ней.
В его рюкзаке было все самое необходимое: смена одежды, туалетные принадлежности. Кроме того, там нашлись банка газировки, несколько злаковых батончиков, несколько бутылок с водой и даже пара мешков для мусора. И даже обед, который он завернул для себя.
– Обед?
– Я собирал рюкзак вчера, пока ты спала. На аэродроме «Омеги» есть только торговые автоматы. Я думал наскоро перекусить и вернуться домой.
– Разве тебе не хотелось повидать братьев и сестру, раз уж оказия подвернулась? Пообедать с ними?
Дилан пожал плечами, не глядя ей в глаза:
– Сам не знаю. Я не хотел тебе мешать. У вас с Меган наверняка будет много дел.
Иными словами, чтобы не проводить лишнего времени с ней, Шелби, он готов был даже не общаться с братьями и сестрой. Но на тот случай, если сразу отделаться от Шелби не получится, он приготовил себе обед, чтобы быстро перекусить в самолете.
– Как мило! – буркнула Шелби. Дилан Брэнсон уже не раз давал ей понять, что ее общество ему неприятно.
– Слушай, не принимай близко к сердцу, – сказал он, выбрасывая из рюкзака бесполезные вещи, вроде крема для бритья и зубной пасты.
– А я вот принимаю.
Дилан вскинул голову – он сидел на корточках – и посмотрел на нее своими светло-карими глазами.
– Да, наверное… – Он провел рукой по лицу. – Просто ты не знаешь всего. Извини, если я тебя обидел, просто… нам с тобой лучше держаться друг от друга подальше.
Шелби понятия не имела, что ему ответить, но ей и не пришлось, Дилан встал, бросил:
– Нам пора двигаться, – и зашагал вперед.
Шелби оставалось лишь идти за ним. Какое-то время они шли молча. Местность не располагала к беззаботной прогулке. Здесь не было ни дорог, ни тропинок.
Когда деревья и кусты стали гуще, Шелби стала держаться ближе к Дилану. Он обернул рубашкой здоровую руку, чтобы раздвигать ветви, не царапая кожу.
