Потеряв родных, Екатерина просила у императора Александра I разрешения вернуться в Россию и принять постриг в Киево-Печерской лавре, но ответа так и не получила. Своему духовнику, отцу Феофану, она писала: «Что мне было в тысячу раз лучше жить в Холмогорах, нежели в Горсене. Что меня мои придворные датские всегда не любят, и часто от того плакала… Что они всякий день ездили в гости и прогуляться, а мне всегда дома оставляли, ни с кем дома могла говорить, ни одно слово. Что они заперли меня в комнате, что бы никто не знал, что бы я делаю, и они никого не пускали, что они мне крепка запретили… И я теперь горьки слезы проливаю, проклинаю себя, что я давно не умерла».
Что сказать в заключение этой грустной, полной трагизма истории? Анна Леопольдовна и свою судьбу загубила, и судьбу своего мужа принца Антона Ульриха, и, главное, судьбу своих детей. Сын Иван, с младенчества пребывавший в заточении, был убит, остальные дети, проведя долгие годы в узилище, скончались на чужбине. Кто в этом виноват? Виновата прежде всего императрица Анна Ивановна – ведь она и сама вела праздный образ жизни, и Анну ничему не учила. И тем не менее она назначила ее наследницей. Но при Анне Ивановне хоть был Бирон, был Миних, был Остерман – они-то и управляли государством. А Анна Леопольдовна их всех прогнала и осталась одна, совершенно не способная к государственным делам. Да и чего можно было требовать от 23-летней девушки, начитавшейся французских галантных романов?
Казалось, все тяготы по управлению страной должен был взять на себя принц Антон, но у него, кроме личной храбрости, ничего не было. Он был мягким, вежливым и скромным человеком, а ему надо было бы подличать, интриговать, рубить головы, наконец – в общем, вести себя так же, как вели себя правители во все времена. Мы уже отмечали в рассказе о царевне Софье и князе Голицыне, что мягкость, беспечность и великодушие до добра не доводят. Так оно и случилось с Анной и Антоном.
Эти слова Алексея Толстого относительно порядка на Руси вряд ли могут быть правдой – в царствование императрицы Елизаветы Петровны какой-никакой порядок в стране все же был. А вот то, что Елизавета пела и веселилась и всякому другому занятию предпочитала музыку и танцы, – истинная правда.
Елизавета, дочь Петра I и Екатерины, родилась в 1709 году. Ее жизнь делится на два этапа: до 1730 года и после. Почему? Позже вы узнаете, а пока в год рождения своей дочери Петр I праздновал победу в Полтавской баталии. Его войска готовились с триумфом вступить в Москву. Узнав о появлении на свет дочери, он якобы сказал: «Отложим празднество о победе и поспешим поздравить с восшествием в мир дочь мою, яко со счастливым предзнаменованием вожделенного мира». Празднование победы было отложено на три дня, после чего был дан пир в Коломенском с участием пленных шведских генералов. Так Петр праздновал свою личную победу на любовном фронте с Екатериной.
Он очень любил маленькую Лизу, назвал в ее честь один из кораблей, а в письмах называл не иначе как «дочкой-бочкой», потому что она была упитанной, пухленькой малышкой. В 1711 году эта малышка наконец приобрела законных родителей. Ведь Елизавета родилась вне брака, и только в 1711 году Петр узаконил отношения со своей любовницей Екатериной и признал прижитых от нее детей своими. Это обстоятельство попортило немало крови Елизавете, так как считалось, что она незаконнорожденная дочь Петра. Вот если бы Петр состоял в браке с Екатериной и она родила ему дочь, тогда бы Елизавета, впрочем, как и ее сестра Анна, были бы законными детьми. Эти тонкости тогда строго соблюдались и не раз становились препятствием к восшествию на престол «дочки-бочки», пока она не завладела троном сама.
Итак, девочка росла до 1730 года в довольстве и достатке. До 1725 года ее опекал отец-император, затем императрицей стала ее мать Екатерина I, потом страной правил ее племянник Петр II. Так что беспокоиться за свою судьбу ей было нечего, и она жила в свое удовольствие. И только когда в 1730 году императрицей стала Анна Ивановна (представительница другого клана), ей пришлось туго.
Лиза получила неплохое образование. В воспитателях у нее ходили иностранные графини и виконтессы; весьма толковые учителя тоже были из иноземцев. В результате Елизавета разговаривала на немецком, французском и итальянском языках, великолепно танцевала и блестяще освоила верховую езду. Правда, в географии она была не сильна – не знала, что Англия находится на островах, и считала, что до нее можно добраться по суше. Да и зачем девочке было знать такие тонкости – ведь жизнь так прекрасна, а она будто создана для радости и веселья! И она предавалась им по полной программе.
