Глаза советника становились все больше и больше. Новые сведения не только вселяли в него ужас, но от них начинало захватывать дух. От новых перспектив, что они открывали. Законы всех земель между лесом и морем основывались на вере в Покровителей и Дюжину орков, на тех постулатах, что когда-то принесли божества своим народам.
Но если некому контролировать выполняются их заветы или нет, тогда и в существующих законах, как и в соблюдении права наследования и передачи власти, тоже нет смысла.
Кто сильнее, тот и прав.
— Я знаю о чем ты думаешь, перспективы захватывают, но выводы преждевременны. Твои предки не просто так столько лет сдерживают натиск Леса. Если дети Леса выйдут к старым храмам, то освободят того, кто на самом деле является их Богом и тогда весь мир погрузится в хаос. Но сделать без девчонки они ничего не смогут. Она — ключ. Она и вот этот кинжал, — при этих словах в воздухе появилось марево, постепенно уплотняющееся и в итоге превратившееся в изображение небольшого и изящного ножа непривычной, не кинжальной формы. Золотистого оттенка, ровный с одной стороны и изогнутый с другой, с узкой, удобной для захвата рукоятью. Он был украшен непрозрачными камнями, похожими на бирюзу моря, но более глубокого, синего, оттенка.
— Это же один из парных клинков Сильфов! — С отвращением оттолкнул от себя иллюзию Советник. И та рассеялась от его движения, словно туман от ветра. — И почему «он»? Разве у ушастых ублюдков не Богиня?
— Нет, у них был Бог, что их создал. Идеальных, — голос богини дрожал от ненависти и отвращения, — одаренных сволочей, что сочли себя высшим народом.
Она задохнулась от эмоций и замолчала. Затем более спокойно продолжила
— Кинжал непарный. И единственный в своем роде. Когда-то он принадлежал одному из Покровителей, из тех, что пожертвовали собой, чтобы заточить безумца. И именно он — ключ к миру и процветанию.
— Его надо спрятать? — Мужчина медленно провел ладонями по такому желанному телу, что манило его, как сладкий нектар бабочку.
— Он и так спрятан все это время, надежней некуда, в сокровищнице вашего короля. Но его оттуда надо забрать. — Женщина откинулась немного назад, предоставляя любовнику больше простора для действий и подставляя упругие груди под его жадный рот.
— Зачем? — Мужчина уже спрашивал по инерции, настолько он хотел тело, что так покорно отдавалось его ласкам. Одно присутствие Богини сводило его с ума.
— Им надо убить девчонку, что обладает двойной силой. Ту, у которой сильфы-рабы и до которой ты так и не смог добраться. И не просто убить, а принести в жертву в третьем храме на восток от города.
— Там же одни развалины! — Удивление, испытанное Первым советником, даже несколько приглушило его страсть.
— Ничего, то, что нам поможет, не развалится никогда. Когда она будет на месте, я смогу помочь. — Продолжала искушать его своим телом Богиня. Выгибаясь и извиваясь в руках мужчины.
— Хорошо, я достану кинжал и пошлю кого-нибудь привести ее к храму. — Выдохнул первый советник в живот искусительницы.
— У тебя есть кто-то кому ты сможешь настолько доверять? — женские ладошки скользнули к паху мужчины и он застонал.
— Есть тот, кто настолько погряз во вранье, что уже не сможет отвертеться. — Почти глотая слова от страсти, произнес мужчина.
— И она с ним пойдет?
— Я сделаю так, что у нее просто не останется выбора.
— Покажи мне его! — Потребовала прекрасная, но с безуминками в глазах, женщина, слегка сжимая пальцы руки, от чего мужчина подался бедрами вперед и вскинул голову, встречаясь глазами с ее глубоким черным взглядом. В глубине его сознания мелькнул образ невысокого полного мужчины с усами.
— Пойдет. — Оценила Богиня и склонилась к губам Первого советника. Дальше им стало не до разговоров.
Глава 32
Утро. Начало нового дня. Еще одна возможность что-то изменить или сделать, как надо. Свидетельство того, что ты еще жив и, что жизнь твоя продолжается.
«Отчего же тогда так тревожно на душе?» — Задавалась вопросом Нила, стоя у окна на кухне и согревая, отчего-то озябшие, пальцы чашкой с горячим отваром.
За стеклом зарождалась заря.
Первые лучи солнца ласково обнимали верхушки домов, убирая с них капли росы и тепло целуя, от чего последние стыдливо краснели.
Увиденная из окна картина казалась бы идеальной, если бы не низкие рваные тучи, что неслись по небу, иногда закрывая солнце. Отчего пейзаж за окном сразу становился мрачным, хмурым и беспокойным. Ветер переставал быть нежным и игривым. Он порывами-укусами вгрызался в деревья, заставляя их клониться к земле, в попытках избежать его жестокости. Трепал листву и развешенное для сушки белье. Вздымал пыльные вихри на дороге, кидая мелкий мусор в лица редким прохожим.
Даже кошки, что любили греться на крыше дома напротив, сегодня отсутствовали. Или еще не пришли, или их прогнала непогода.
