Ромейское царство полностью

В устном или письменном договоре оговаривали: задаток (арравон), подробный перечень приданого невесты (проикс) и предбрачного дара жениха (donatio propter nuptias, иповол), условия наследования ими имущества, место жительства обрученных до обряда стефаномы, пеню (простимон) на случай нарушения обязательств и прочие весьма конкретные вещи. Поэтому брачные контракты, по крайней мере, в состоятельных, зажиточных семьях, как правило, оформлялись письменно гражданским нотариусом — нотарием или тавулларием, символографом в нотариальной конторе — статионе, кафедре.

Нередко помолвленные дети росли и воспитывались в одном доме, но бывало и так, что жених впервые видел лицо будущей суженой только перед проскинитарионом — аналоем в церкви, когда происходил обряд обручения, предшествующий браковенчанию. Случались и насильственные браки, как это следует из описанного в агиографии незаконного обручения шестилетней сироты, Евпраксии, дочери синклитика, родственника императора, которую уже через год-другой после этого опекун-император принудил к браку. Василевс Андроник II Палеолог (1282–1328 гг.), несмотря на противодействие клира, по важным политическим соображениям решился отдать в жены Милутину (1282–1321 гг.), владетелю агрессивно настроенной Сербии, свою пятилетнюю дочь Симониду, причем для сорокалетнего Милутина это был уже четвертый брак, от которого он так и не дождался детей.

В любом случае воля родителей или опекунов определяла многое. За сопротивление ей, вступление в брак без благословения родителей и предпочтение «позорного образа жизни» следовало неотвратимое законное наказание. Само слово старших было законом. Никто бы не посмел опозорить себя слезами, когда нужно было только благодарить и радоваться. Да и преувеличивать подобную «тиранию» не стоит. Материальный расчет, воля родителей, опекунов, политические соображения не исключали любовь: нередко она предшествовала браковенчанию или сопутствовала ему. Супружеской любовью и верностью ромеи гордились, полагали одной из самых великих добродетелей, как и уважение родителей, подчинение им. Взаимопомощь, трезвый разум, добрые советы, взаимные увещевания супругов, заботливая и любящая жена — вот рецепт счастья, предложенный византийцами, и, похоже, человечество до сих пор не изобрело ничего лучшего. Каждый бедняк, получив милостыню от такой семьи, с искренним сердцем желал: «Пусть милосердие не покидает ваш дом!».

Обручение, сопровождавшееся, как и последующая стефанома, церковным благословением, происходило в храме и начиналось в притворе, где лицом к алтарю полагалось стоять обручаемым, жениху — справа, а невесте — слева. Кольца, которыми они обручались, уже во время Божественной литургии лежали на церковном престоле, вблизи друг от друга, как знак вечности и непрерывности брачного союза. Священник благословлял обручаемых и вручал им свечи, которых горело в храме множество, на протяжении всего обряда. Введя жениха и невесту в храм, священник совершал фимиатирион-каждение и читал молитвы, прошения-ектении, после чего, взяв кольца, произносил трижды: «Обручается раб Божий рабе Божией», называя их имена. Перекрестив обручаемых, он надевал им кольца на четвертый палец правой руки. Затем, в знак отдания себя на всю жизнь друг другу и Господу, обрученные трижды обменивались кольцами, на которых чаще всего был изображен крест или Христос между женихом и невестой. Иногда над ними или под ними было написано слово омонойя — «согласие». Завершалось обручение еще одной ектенией с прошением у Господа об обрученных.