Ромейское царство полностью

При всем том, проституция в Ромейском царстве морально осуждалась и обществом, и Церковью. Символом всех пороков являлась в Библии «блудливая жена», которая «раздвигает ноги свои для всякого мимоходящего» (Иезекиль 16:25). Иоанн Хрисостом предостерегал даже от бесед с блудницами, ибо их «слова, одежда, распутные глаза, сладострастные взгляды, плетение волос, натирание лица, подкрашивание ресниц», по его глубокому убеждению, были способны смутить душу самого правоверного христианина. Тем не менее, христианская концепция пола исходила из того, что Господь в лице Иисуса Христа осуждал прелюбодеев (Матфей 5:28), но не отверг блудницу, простил ее, не лишил надежды на исправление (Иоанн 8:3-10). Это был очень весомый аргумент. В конце концов, проституция не входила в число десяти смертных грехов. Христианство безоговорочно осуждало лишь блуд ради наслаждения, «по убеждению», а осквернение тела в вынужденных обстоятельствах грехом не считалось, если не было греха в голове. Окончательный суд поступков блудниц не должен был быть судом человеческим. Ромеи признавали за проституцией право на существование в качестве доходного, облагаемого налогом занятия, да и сами проститутки не представали в их глазах этакими «моральными монстрами», подонками общества, какими в многочисленных антифеминистских рассказах обычно выступали женщины средневекового Запада. Во многом это проистекало из унаследованного ромеями античного многовекового убеждения в сексуальной свободе людей. Поэтому христианский обвинительный пафос в адрес гетер не сразу нашел поддержку в ромейском обществе, которое знало даже проституток-мужчин. В конце VI в. жители Сиракуз были поражены невиданным зрелищем: триста этайр, предводительствуемые местным епископом, которому они пожаловались, организовали демонстрацию, направившуюся к представителю императора, сместившему прежнего куратора.

Некоторые из бывших грешниц, раскаявшись, заканчивали жизнь в монастыре, отдав туда все свои сбережения. Другие, волею судьбы, как Феодора, наложница будущего императора Юстиниана I, поднимались до самых блестящих верхов общества. Как ни парадоксально, институт порни оказался в определенной степени даже нужным христианской Церкви, потому что, помимо милосердия, давал возможность падшим женщинам начать путь морального очищения с самой низшей отметки. Поэтому путь к спасению у этих женщин оказывался самым длинным, то есть самым сложным, а значит, этот путь самоусовершенствования представал едва ли не самым почетным путем к святости. Отсюда поразительный феномен святости значительного количества прежних блудниц. В этических представлениях византийцев сочетались самые противоречивые тенденции. В любом случае, государственные и городские власти достаточно равнодушно относились и к нищенству, и к проституции, считая их неизбежными. Они стремились контролировать проституток и не препятствовали созданию профессиональных сообществ-мастропей «жриц любви», более того, назначали туда своих кураторов. Но, несмотря на поддержку Церкви, бороться с этим злом власти были бессильны и только стремились по возможности проявлять в отношении падших христианское милосердие. Самое большее, на что был способен закон — запретить проституцию малолетних.

Источники средневизантийского периода отмечают некоторую экономическую динамику в виде экспансии сельской экономики и возрождения ремесленной и торговой активности. Фессалоника была крупнейшим торговым центром Балкан. Здесь, как и в некоторых центрах центральномалоазийской Анатолии (Аморий, Сагаласс), обнаружены остатки стекловаренных мастерских IX–X вв. Греческие Фивы процветали благодаря производству шелка. Коринф имел многочисленные гончарные, металлургические, текстильные, косторезные, стеклоделательные эргастирии и два порта для торговли. Возрождение городов Греции шло даже более интенсивно, чем в Малой Азии, если не считать приморских городов, особенно таких как Трапезунд и Аталия. В Константинополе Книга Эпарха осуществляла регулирование профессиональных корпораций, находившихся под контролем властей. Ремесленники и торговцы, отчасти объединенные в такие профессиональные ассоциации-систимы, соматейи, товарищества-кинонии по извлечению прибыли, обеспечивали покупателей всем необходимым. До XII в. они контролировались властями, следившими за бесперебойным снабжением, прежде всего, продуктами питания первой необходимости, хлебом, вином, рыбой, убойным скотом. Обычной картиной было стадо быков, гонимых по главной улице города к ближайшей бойне-хортоволу около мясницкого рынка, и только случавшиеся при этом эксцессы вроде обезумевшего от страха животного, ворвавшегося в алтарь церкви, заставляли агиографа взяться за перо, чтобы запечатлеть живую зарисовку.