Ромейское царство полностью

Население Константинополя было удивительно разноплеменным, разноэтничным и разноязыким. Здесь можно было повстречать бородатых греков, служивших в византийских войсках гладко выбритых франков, привозивших на рынки Города великолепные восточные товары арабов в темных плащах и кирпичного цвета сандалия. В столице ромеев проживало и немало армян, занимавших нередко высокие посты в государственном аппарате и армии. Грузины, аланы, евреи, тюрки, болгары, италийцы-италиоты… Это далеко не полный перечень пестрой и разноликой этнической мозаики огромного супергорода средневековья. Одни из ее социальных составляющих прочно обосновались здесь, имели свои кварталы, церкви, причалы, другие — приезжие купцы, путешественники, воины, искатели приключений, паломники — бродили по шумным улицам Города, с любопытством рассматривая невиданные достопримечательности блестящей столицы мира.

Богатейший полис притягивал великое множество нищих, которые проводили жизнь на его площадях и улицах: днем жалобными голосами они выпрашивали милостыню, на ночь располагались у кириаконов, церквей или в крытых галереях, где кроватью служила соломенная подстилка, а зимними ночами приходилось дрожать от холода. Иногда для утепления портики, где ютились бедолаги, по императорскому распоряжению заколачивали досками, но случались такие «благодеяния» крайне редко. Впрочем, некоторые профессиональные столичные нищие зарабатывали подаянием гораздо больше, чем мог получить трудившийся с раннего утра и до позднего вечера квалифицированный рабочий.

Большой средневековый город Константинополь давал пропитание многим: ремесленникам и корчмарям, виноторговцам и проституткам — порни, юродивым и дрессировщикам зверей, цирковым акробатам и профессиональным ворам, которые промышляли на рынках и улочках, даже в публичных банях остававшейся огромной по любым меркам столицы ромеев. Другое дело, что разбойный грабеж не процветал. Обычно полицейская, в том числе ночная стража, — вигла и керкета, подчиненные сначала префекту, а затем градоначальнику — эпарху Константинополя, были бдительны и проверяли даже случайных загулявших, компании молодых, засидевшихся до темна пьяниц, которых в этом случае ждала отменная порка.

Постоянным бичом густонаселенного Города были пожары, печальные последствия которых были трудно устранимы. Достаточно было какой-нибудь женщине, пришедшей купить что-либо на рынке, по неосторожности оставить лампаду рядом с грузом пакли, чтобы огонь превратился в бушующее пламя и за несколько дней самым ужаснейшим образом опустошил весь центр Константинополя. Недаром на столичных рынках и возле лавок, мастерских, повсюду лежали багры, вилы, топоры и шесты для тушения довольно частых возгораний, бороться с которыми должна была и специальная городская пожарная служба, тоже входившая в виглу. Отчисления на содержание доблестных бравых пожарников шли с нескольких сот константинопольских эргастириев, сосредоточенных преимущественно у Великой церкви.

Другой насущной проблемой столицы долгое время оставалось водоснабжение. Благодаря грандиозным работам по подведению питьевой воды, она поступала из озер, родников по акведукам издалека, из района Белградского леса — лесистой местности в 20 км. к северу от Константинополя. Эти акведуки тщательно, очень аккуратно и красиво построили из камня и кирпича в три фазы: на рубеже I–II вв. для греческого Византия, во второй половине IV — начале V вв. и в середине VI в. уже для собственно Константинополя, после чего столь грандиозных работ не вели, ограничиваясь ремонтам и поддержанием в порядке оставшихся объектов. Подсчитано, что общая протяженность сильно разветвленной водопроводной системы Константинополя из шести десятков мостов-водогонов достигала 550 километров, по которым ежедневно доставлялось до 89 000 куб. м. воды.