Известен он своей святою жизнью!
Не допущу такой недоброй мысли.
А если… если вдруг в моем гробу
Очнусь я раньше, чем придет Ромео
Освободить меня? Вот это — страшно!
Тогда могу я задохнуться в склепе.
В чью пасть не проникает чистый воздух,
И до его прихода умереть!
А коль жива останусь — лишь представить
Ужасную картину: смерть и ночь,
Могильный склеп, пугающее место,
Приют, где сотни лет слагают кости
Всех наших предков, где лежит Тибальт
И в саване гниет, где, говорят,
В известный час выходят привиденья…
Что если слишком рано я проснусь?
О боже мой! Воображаю живо:
Кругом — ужасный смрад, глухие стоны,
Похожие на стоны мандрагоры,30
Когда ее с корнями вырывают, —
Тот звук ввергает смертного в безумье…
Что если я от ужаса, проснувшись,
Сойду с ума во тьме и буду дико
Играть костями предков погребенных,
И вырву я из савана Тибальта,
И в исступленьи прадедовской костью,
Как палицей, свой череп размозжу?
Мой бог! Тибальта призрак здесь — он ждет
Ромео, поразившего его
Своим мечом… Стой, стой, Тибальт! — Ромео,
Иду к тебе! Пью — за тебя!
Возьми ключи и пряностей достань.
Айвы и фиников на кухню просят.
Живей! Вторые петухи пропели.
Звонили к утрене: уж три часа.
Голубушка, смотри за пирогами;
Припасов не жалей.
Да полно, сударь!
Охота заниматься бабьим делом?
Ложитесь-ка: не спавши ночь, наутро
Вы будете больны.
Э, мало ли мне в жизни приходилось
Из-за пустых причин не спать ночей, —
И никогда я болен не бывал.
Да, да, ты был порядочным кутилой.
Теперь-то уж я посмотрю за тем,
Чтоб по ночам ты спал.
Ах, ревность, ревность!
Синьор, для кухни что — и сам не знаю.
Живей, живей! Возьми посуше дров;
Да Пьетро позови: он скажет где.
Синьор, и я ведь не без головы, —
Мы вам дрова разыщем и без Пьетро.
Ответ хорош… Веселый подзаборник!
Будь дровяною головой!
Светает.
Граф скоро с музыкантами придет, —
Он обещал.
Да вот уж я их слышу.
Кормилица! Жена! Эй вы! Да где же вы?
Ступай — буди и наряжай Джульетту.
Париса встречу я. Да поскорее!
Поторопись! Жених уже явился.
Поторопись, ты слышишь?
Синьора, а, синьора! А, Джульетта!
Моя овечка! Фу, какая соня!
Синьора! Душенькая моя! Невеста!
Ни слова? Выспаться вперед решила
За всю неделю. Дело: нынче ночью
Уж граф Парис себя побеспокоит,
Чтоб отдыха тебе не дать. Что ж это,
Прости мне бог? Вот крепко как заснула!
Не добудиться. Как же быть? Синьора!
Ну, пусть в постели граф застанет вас:
Уж он сумеет вас поднять, не так ли?
Смотрите-ка! Одета, в платье спит! —
Проснитесь же, синьора, — а, синьора? —
О господи помилуй! Умерла!
Ах, ах! Зачем я родилась на свет!
Ах! Аквавиты мне! Синьор! Синьора!
Что здесь за шум?
О злополучный день!
Да что случилось?
Вот! Глядите! Горе!
О! Жизнь моя, дитя мое, Джульетта!
Проснись! Взгляни! Иль я умру с тобой! —
На помощь! Помогите!
Не стыдно ль вам? Ведите же Джульетту:
Жених уж здесь.
Увы! Она скончалась!
Мертва, мертва, мертва! Ужасный день!
Дай поглядеть. Увы! Похолодела!
Застыла кровь, и члены онемели!
С ее устами жизнь давно рассталась.
Смерть, как мороз безвременный, убила
Прекраснейший из всех цветов в саду.
О горький день!
О страшная беда!
Смерть, взявшая ее, чтоб возроптал я,
Связала мне уста, — и я безмолвен.
Готова ли во храм идти невеста?
Готова, да, чтоб больше не вернуться!
О сын мой, в ночь перед твоею свадьбой
Легла в постель с твоей невестой смерть.
Вот здесь лежит цветок, растленный смертью.
Смерть — вот теперь мне зять, вот мне наследник:
Дочь отняла она. Умру и я!
Богатство, жизнь — я все оставлю смерти.
О, как я ждал увидеть утра лик!
И что же он глазам моим являет!
Проклятый, страшный, ненавистный день!
Страшнейший час из всех часов, что время
Встречало в вечном странствии своем!
Одна, одна ведь у меня была,
Единственная радость и утеха!
Жестокой смертью отнята навек!
О горе! Горький, горький, горький день
Из всех, что в этой жизни я видала!
Ужасный день! О ненавистный день!
Чернее дня на свете не бывало!
О горький день! О горький день!
Обманут, разведен, сражен, убит!
