На следующий день, студенты Хогвартса, а в особенности студенты Гриффиндора, собрались вместе и пошли группой на улицу. Поляну, на которой происходила битва, уже привели в порядок. На ней даже возвели небольшой ансамбль статуй, где аврор и ученик сражались вместе против черного мага. Надписей на этом ансамбле не было. Белый мрамор светился на все окружающее пространство, создавая ощущение какого-то спокойствия. Прибывали люди, знакомые с Минервой, ее ученики и просто волшебники, которым эта женщина не была безразличной.
Все были одеты в черные мантии. Даже директор был одет в темную мантию. На его лице не было того улыбающегося выражения, а также он совершенно не походил на доброго дедушку. Наоборот, это был сильный волшебник, которые скорбит о потере соратника. И его можно было понять. Вместе с Макгонагалл он проработал уже очень много лет. Кроме него, здесь были и другие преподаватели, даже те, которые не очень часто и общались с профессором Трансфигурации. Некоторые места были пустыми. От Министра пришел его заместитель, также, как и от некоторых других важных чиновников. Семьи у профессора не было, так что вместо них были товарищи по ремеслу. Такие же мастера Трансфигурации.
Рассевшись по местам, мы начали дожидаться, когда начнется церемония. В центре стояла довольно большой черный гроб, на котором были выгравированы серебристые кошки. Никаких цветов, крестов и другого не было. Все это являлось церемониальным для христиан. Волшебники не такие верующие, и многие вообще не верят ни в каких богов. Так и живут.
Когда большая часть мест была заполнена, со своего места поднялся Дамблдор. Он подошел к большому посту и оперся на него. На его лица была написана печаль.
— Студенты, гости, леди и джентльмены, друзья, — Альбус сделал небольшую паузу, привлекая к себе все больше внимания. — Сегодня мы собрались не для празднования… Сегодня мы собрались, чтобы проститься с Минервой Макгонагалл, профессором Трансфигурации и деканом факультета Гриффиндора. Эта женщина всегда хотела сделать жизнь окружающего мира лучше. Она никогда не унывала и помогала мне, директору школы Хогвартс, в самые трудные моменты. Я не буду долго говорить, но знайте, я скорблю вместе с вами.
Дамблдор говорил действительно недолго, оставляя другим возможность сказать все те теплые слова. Дальше много чего было сказано, но ничего конкретного и или уникального. Каждый повторял слова других, но только на свой лад. Только спустя несколько часов все закончилось, и гроб опустили в землю. Спустя несколько секунд он скрылся под тяжестью земли. Дамблдор подошел туда и резко потянул на себя какую-то невидимую ткань. Под ней скрывалась скульптура Минервы Макгонагалл, которая смотрела на окружающих своим добрым взглядом. На ее лице была скупая улыбка. Руки были заняты кошкой, которая смотрела на окружающих с нескрываемым интересом. На каменной мантии был изображен миниатюрный герб Гриффиндора.
Дальше все начали медленно расходиться. Некоторые подходили, чтобы отдать последнюю честь преподавателю, другие же собирались в небольшие группки и что-то обсуждали. Ко мне поспешил профессор Моуди. Выглядел он довольно потрепанным. Битва, которая совершенно недавно произошла здесь, оставила ему еще несколько шрамов. Теперь под его глазом была заметная серебристая ниточка, которую заметить-то и было сложно.
— Мистер Уизли, — обратился ко мне он, внимательно осматривая окружающее пространство своим глазом. — Мне бы хотелось поговорить с вами в моем кабинете. Директор Дамблдор тоже будет там, так что не волнуйтесь.
— Хорошо, — ответил ему я кивком. — Зайду сразу, как только сменю свою одежду.
— Превосходно, — кивнул тот, а затем добавил: — Мы будем вас ждать.
Похоже, что мой костюм оценили по достоинству. Не много же времени им нужно было потратить для того, чтобы разобраться с функционалом. Интересно, какую оценку они поставили данному артефакту. Выдохнув, я быстро отправился в факультетскую башню и сменил одежду на более удобную мантию. Кроме этого, я не забыл надеть свой артефакт-костюм. Нужно будет придумать ему какое-то название.
Пока я шел в кабинет к Моуди, то размышлял над названием. Ничего почему-то не приходило в голову, кроме «Марк» или «Астробой»… Вообще выбор был довольно широким… Замерев на некоторое время, я посмотрел на него и кивнул головой. Пусть будет «Астробой», да.
Когда я вошел в кабинет к Моуди, то увидел, что там довольно многолюдно. Здесь был Министр, Дамблдор, Моуди, неизвестный мне невыразимец, а также аврор. В одном месте собрался целый магический бомонд Англии. Так же в углу я обнаружил Боунс, которая сидела и смотрела какие-то бумаги. Мой костюм был повешен на манекен и экранировался магическим защитным полем. Кроме этого, комната была просто переполненной магией. На стены, окна, потолок и пол были наложены множество заклинаний, которые глушили звук, не позволяя никому ничего расслышать.
— А, мистер Уизли, — проговорил Скримджер, замечая меня первым. — Мы уже вас заждались.
