Рондуа полностью

Она достала серьги из витрины и аккуратно положила на расстеленный передо мной кусочек черного бархата. Они были прекрасны. Зрелище буквально захватило меня, и я даже забыла про точно такие же у себя в ушах.

— Честно говоря, меня очень удивляет, что вам удалось их купить. К нам они поступили всего неделю назад.

Недолго думая, я ответила:

— Муж где-то купил. Они мне безумно понравились, и теперь вот подумываю, не купить ли такие же в подарок сестре. Кстати, вы не знаете, кто дизайнер? Как его зовут? Дикси?

— К сожалению, не знаю, мадам. Только хозяин знает, кто такой Дикси, и откуда они у нас появились. Но кем бы он ни был, этот человек — настоящий гений. К нам уже заходили люди от Булгари и из группы «Мемфис» и тоже пытались выяснить, кто он такой и как с ним связаться.

— Откуда вы знаете, что это «он»? — Я положила серьги обратно на бархотку и в упор взглянула на нее.

— Нет-нет, точно я не знаю. Но просто работа по виду типично мужская, вот я так и решила. Впрочем, может вы и правы, и дизайнер действительно женщина. — Она взяла одну сережку и подняла ее к свету. — А вы заметили — такое впечатление, будто они не столько отражают свет, сколько сами его испускают. Такой чудный золотистый свет. И вы можете наслаждаться им, когда захотите. Никогда такого не видела. Как я вам завидую!

Золото оказалось настоящим. Я отправилась к ювелиру на Сорок Седьмую улицу, чтобы проверить их, а потом наведалась еще в два ювелирных магазина, где только и смогла найти «Дикси». Но никто ничего не знал об их создателе, а может, и знали, только не хотели говорить. Оба ювелира вели себя очень вежливо и уважительно, но ответа на вопрос о происхождении украшений я так и не добилась…

— Джентльмен просил нас сохранить эту информацию в тайне, мадам. Мы должны уважать его просьбу.

— Но это хотя бы мужчина?

Профессиональная улыбка.

— Да.

— А нельзя ли связаться с ним через вас?

— Да, уверен, что это вполне возможно. Чем еще могу быть полезен, мадам?

— У вас есть еще какие-нибудь его вещи?

— Насколько мне известно, только эти серьги, авторучка и брелок для ключей. — Он продемонстрировал мне ничем не примечательную ручку, а потом достал небольшой золотой брелок для ключей выполненный в виде женской головки в профиль: профиль Ленны Роудс.

Когда я входила в магазин, звякнул колокольчик. Майкл был занят с покупателем, но, увидев меня, улыбнулся и знаком дал понять, что скоро освободится. Он открыл свой магазин под названием «ПЕРО» почти сразу после окончания колледжа, и с самого начала дела у него пошли весьма успешно. Авторучки вообще довольно капризные, не прощающие равнодушия создания, требующие постоянного внимания и большого терпения. Но в то же время они исполнены шика и элегантности Старого Света: есть в пользовании ими приятная неторопливость, доставляющая владельцу лишь одно удовольствие, а именно возможность наблюдать, как на сухой бумаге остается влажный блестящий чернильный след. Клиентами «ПЕРА» были люди и богатые, и не очень, но всех их отличал одинаковый охотничий блеск в глазах и неодолимое желание приумножить свою коллекцию очередным редким экземпляром. Обычно, раза два в месяц, когда Майкл не справлялся в одиночку, я ему помогала. Так я постепенно прониклась симпатией к этим старинным вещицам из позолоченного бакелита и даже полюбила их.

— Привет, Джульетта! Представляешь, сегодня утром заходил Роджер Пейтон и купил-таки тот желтый «Паркер-Дуофолд»^[34]. Ну, помнишь, тот, на который он столько месяцев облизывался?

— Наконец-то. Неужели за полную стоимость?

Майкл улыбнулся и потупился.

— Сама же знаешь, Роджу отвалить такую сумму целиком не по плечу. Я разрешил ему платить частями. Что с тобой?

— Ты когда-нибудь слышал о ручке «Дикси»? Она немного похожа на «Картье-Сантос».

— «Дикси»? Нет. Говоришь, похожа на «Сантос»? — По выражению его лица было сразу ясно, что он не врет.

Я вытащила прихваченный в ювелирном магазине проспект и, открыв его на нужной фотографии, показала Майклу. Он отреагировал мгновенно.

— Ах, мерзавец! Ну что мне с ним делать?

— Так ты его знаешь?

Майкл наконец отвел взгляд от фотографии, на лице его боролись гнев и бессилие.

— Знаю ли я его? Еще бы, отлично знаю. И знаю я его так хорошо потому, что он живет в моем чертовом доме. Значит, говоришь, Дикси, да? Что ж, неплохое имечко. Да и человек хороший.

Секундочку, Джульетта. Сейчас я тебе кое-что покажу. Просто постой. Не двигайся. Вот засранец!

В «ПЕРЕ» на стене за прилавком висит зеркало. Когда Майкл скрылся в подсобке, я взглянула на свое отражение и сказала:

— Ну вот, ты и добилась своего.

Он вернулся почти сразу.

— Если хочешь полюбоваться действительно красивой вещью, взгляни на это. — Он протянул мне синюю бархатную коробочку. Я открыла ее и увидела… авторучку «Дикси».

— Но ведь ты же сказал, что никогда о них не слышал?

Он громко и с обидой воскликнул: