⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Знаменитый архитектор получает необычный заказ — построить в одной из арабских стран музей, посвященный «лучшему другу человека». Все дело в том, что собаки играли мистическую роль в жизни местного царька, не раз спасая ее. Проект музея приходит внезапно — архитектор просто увидел его отражение на стене. Но все идет вкривь и вкось: в стране начинается гражданская война, и здание решено возводить в Австрии. Целая цепь совершенно невероятных событий и происшествий приводит архитектора к тому, что он с ужасом понимает — его заставили строить новую Вавилонскую башню, а истинный заказчик — вовсе не арабский князь…
Перевод П. Тиракозова.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Мы не можем приблизиться к Небу ни на шаг. Перемещаться в вертикальном направлении не в наших силах.
Но, если долго смотреть в небеса, приходит Господь и забирает нас наверх. Ему-то нас легко поднять.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Моему брату Дэвиду Кэрролу, с самого начала помогавшему мне строить жизнь.
⠀⠀ ⠀⠀
Представься мне такая возможность, то, вместо избитой «признательности», я бы отблагодарил следующим образом: экслибрисом из бетона и стекла — моего редактора и друга Питера Лэвери за его доброе отношение и поддержку на протяжении многих лет, пожизненным запасом «Нозерн Лайте» — Сандру Ньюфельдт, великодушно подарившую мне некоторые из встречающихся в романе историй.
⠀⠀ ⠀⠀
⠀⠀ ⠀⠀
Я предпочел бы создавать свою душу, нежели украшать ее…
В тот самый момент, когда снова позвонил Господь Бог, я как раз укусил длань, меня кормящую. Тряся укушенной левой рукой, Клэр сняла трубку. Спросив, кто звонит, она сделала большие глаза и со словами: «Опять твой Бог», — протянула трубку мне. Одна из ее шуточек. Султана звали Мохаммед, и, в некотором смысле, он действительно воплощал Господа Бога — для полутора миллионов жителей расположенной где-то в районе Персидского залива республики Сару.
— Алло, Гарри?
