Я уже приготовился к подаче кислорода «изо рта в рот», но адвокат двинулась к чайному столику. Я с тревогой следил за ее движениями сквозь опущенные ресницы, заподозрив от моей подруги какую-то пакость, и я не ошибся. Софья с трудом открыла притертую пробку графина мутного стекла, понюхала его содержимое, брезгливо поморщилась и двинулась в мою сторону, неся графин на вытянутой руке. Не желая лежать на грязном полу, в довершении еще и облитым, я открыл глаза и слабо прошептал:
— Что случилось?
— О! Мужик очнулся! — надо мной склонилось лицо со шрамом: — Валера, давай!
Я не успел ойкнуть, как меня с силой вздернули вверх, чуть не оторвав голову и посадили на подставленный стул.
— Ты как, нормально? — Софья сунула мне под нос графин, из которого пахло затхлостью, видимо торговые тетки не часто меняли воду в нем: — Водички хочешь?
— Нет, спасибо. — я слабо отмахнулся от подсунутого мне под нос, вонючего, как нашатырь, стеклянного горлышка: — А что случилось?
— Я не знаю, ты меня вызвал, какие-то документы надо было составить, а что тут эти товарищи делают, я даже не представляю. Но, когда я в кабинет вошла, мне показалось, что они тебя пинают. — и вредная адвокатесса обличающе уставилась на милиционеров: — А ты же инвалидность, кажется, хотел оформлять?
Ну мы же объясняли — мы вошли, представились, как положено, а товарищ на пол упал, ни с того, ни с чего. — Валера обескуражено развел руками.
— Я ничего не помню. А зачем вы сюда прибыли? — я сидел за столом, усиленно изображая «умирающего лебедя».
— Ну, нам дежурка передала, приехать на этот адрес, задержать гражданина Громова и доставить в РОВД.
— А на каком основании вы гражданина собрались куда-то забирать? — Софья, как наседка, защищающая цыпленка, шагнула вперед, закрывая меня от опасности своей симпатичной… спиной. Блин, о чем я только думаю?
— Ну а мы откуда знаем, то, за что задерживать? — «Димыч» решил апеллировать ко мне: — Вы же сами служили, знаете, как это делается…
— Стоп. Я прекрасно знаю, что в милиции сплошь и рядом нарушения закона происходят, но это ваши, мальчиковые дела. В моем присутствии, в отношении моего клиента. — пальчик девушки ткнулся в меня: — Нарушений совершаться не будет. Каждый человек имеет право знать, за что его задерживают, в чем обвиняют и по какую статью вменяют.
— Да ну его нафиг. — психанул сержант Валера: — Поехали, Димыч, отсюда, скажем, что никого не нашли.
Да фиг то там, мне больше «залеты» не нужны. — уперся «Димыч»: — Что, опять хочешь с ротным разбираться? Ты же знаешь, что отсюда позвонили, что он на работу пришел. Мы сейчас уехать отсюда не успеем, как в РОВД снова позвонят, что мы уехали, а человека не забрали…
Угу. То, что о моем появлении просигнализировали я нисколько не сомневался. Все-таки, всех сотрудников необходимо увольнять подчистую.
— Ладно, Софья Игоревна, давайте с ребятами съездим, тем более, мне самому надо заявление написать в местный РОВД, больно много тут и не по чину воруют. — мне уж самому стало любопытно, какие возможности в местной милиции у моих торговых тетушек, все-таки, я этим магазином собираюсь заниматься долго, надо заранее знать все расклады с местными ветвями власти.
— Ты уверен? — Софья внимательно посмотрела на меня: — Может быть, в твоем состоянии, лучше будет, что кому от тебя что-то надо, ехал сюда, и здесь с тобой общался? Или ты что-то серьезное совершил?
— Софья Игоревна, ну где я и где серьезные дела? Вы же знаете, я человек мирный, скромный, а то, что в наследство все это получил… — я повертел рукой над головой, показывая, что все вокруг мое: — Так это судьба так распорядилась, вместе с вдовством мне эту ношу сбросила.
Постовые переглянулись с понимающими улыбочками — теперь им стало немножко понятен этот странный бывший милиционер. Наверняка умудрился жениться на старой бабке с деньгами и прихватил себе то, что после «молодой» осталось.
— Только вы ребята езжайте сами, а мы за вами сзади, на моей машине поедем. — постовые хотели что-то возразить, но встретившись взглядами с Софьей, быстро согласились, и буркнув, что ждут нас на улице, вышли из кабинета.
Через двадцать минут.
Локация — Заречный РОВД.
Каюсь, от патрульной машины мы отстали, так как я местных переулков не знал и вовремя за парнями, в какой-то проезд, не свернул, а сзади меня уже подперли другие участники движения… Когда мы вошли в здание Заречного РОВД, сержанты хмуро стояли перед энергичным, невысоким пухляшом лет сорока с погонами майора, который, не стесняясь в выражениях, чихвостил парней за то, что они «ослое… упустили этого урода». За спиной у майора стоял хмурый капитан, наверное, начальник постовых. Заметив меня, входящего в помещение РОВД, патрульные дружно опустили глаза, что майор воспринял, как признание вины и с новой силой начал орать, что сержанты будут двое или трое суток сидеть под окнами некой квартиры, пока не поймаете некого засранца.
— Вы, товарищ, не меня, случайно, сейчас уродом и засранцем назвали? — я подойдя со спины, деликатно постучал своим паспортом по погону, вошедшего в раж, местного начальника.
