Я отъехал от дома, дождался, пока девичья фигурка, хорошо видимая в больших окнах подъезда, не скроется за дверью квартиры, и покатил в общежитие. Меня ждала долгая прогулка с Демоном, пачка пельменей со сметаной на двоих и долгая ночь, когда глаза бездумно смотрят в потолок. А единственным развлечением является движения ответа фар, проезжающих по улице, машин.
Светлый праздник.
Конец декабря 1993 года.
Локация — кабинет директора магазина.
Заречный район.
— Мы работаем только по предоплате… — торговый представитель очередной фирмы всем своим видом демонстрировал успешность и уверенность в своих силах
— Я это уже слышал, нам это неинтересно, всего вам доброго… — я отошел у тумбе, сделал себе стакан кофейного напитка «Три в одном Золотой орел» и недоумением обернулся, все своим видом показывая, что мне морально тяжело видеть нежелательного посетителя.
— Мы могли бы договорится о пятидесяти процентах предоплаты…
— Вы издеваетесь? До Нового Года неделя, когда мне продавать ваши украшения? Пятьдесят процентов предоплаты — это ваши затраты, которые вы за игрушки заплатили. То есть, до первого января вы, в любом случае, выйдете, как минимум в ноль, и я вам еще должен останусь, а я останусь с непроданными елочными украшениями, да еще и долгами перед вашей конторой? Нет разговор окончен, я у вас могу взять товар только на реализацию…
— Нет, это несерьезно. У нас классные игрушки, вы их за три цены за два дня распродадите!
— Отлично, у меня как раз отдел пустует. Арендуйте его до конца года и продавайте свои игрушки хоть за четыре цены, как раз за неделю себе на годовые бонусы заработаете.
Буркнув, что у него другая работа, представитель вышел, а я оглянулся в уголок, где мой бухгалтер Настя мрачно раскладывала по красивым картонным коробкам конфеты из пластиковых поддонов.
— а кому сейчас легко? — шутливо толкнул я в бок девушку, вставая рядом с ней и всматриваясь в список комплектации Новогодних подарков.
Мне удалось воткнуться в предновогоднюю суету, заключив договор с профкомом Завода, который даже сделал предоплату, поэтому мрачная Настя второй день собирала праздничные наборы для заводских ребятишек (до достижения возраста в четырнадцать лет, согласно пункта 8.13 Коллективного договора с администрацией предприятия). После завтра мы должны были перегрузить эту сладкую гору в грузовик и завести на территорию Завода, на чем могли считать свои обязательства выполненными. И не то, что ожидалась большая прибыль, но посильный вклад в предпраздничную вакханалию.
В моем единственном хозяйственном отделе третий день творится сует в нем впервые появилась очередь. Хозяйственные товары потеснились и два сказочных персонажа — Снегурочка и Баба Яга с утра до вечера торгуют подарочными наборами.
Каждую партию сладких наборов, что Баба Яга, а в миру — новая директор магазина, Огородникова Матрена Васильевна уносит в торговый зал, замученная Настя провожает тяжким вздохом, а, на мои шуточки, типа «Лучший отдых — это смена деятельности» уже вызывает у, мобилизованного на трудовой фронт, главного бухгалтера зубовный скрежет. Видимо, придется вынимать из кармана последний стимул, который я берег для последнего рабочего дня.
— Ты что-то совсем приуныла, хотя каждая коробочка — это новая денежка, которая попадет в твой карманчик… — как бы между делом, пробормотал я.
— Как это? — не поняла Настя.
— Обыкновенно, с каждой собранной коробки на твой счет падает тридцать рублей премии, которую я собираюсь выплатить в обед тридцать первого декабря…
— Ты не шутишь?
— Настя, с этим не шутят. Ты почему думаешь наша Баба Яга носится быстрее своей метелки? Всем нам на премию зарабатывает.
Не знаю, о чем мечтала небогатая бухгалтер, но руки девушки, раскидывающей конфеты по цветным коробочкам, задвигались гораздо быстрее.
Наша Баба Яга действительно летала по магазину, как метеор. В первый же день она перезнакомилась со всеми арендаторами, после чего пошла общаться в хозяйственный отдел, откуда вернулась с двумя заявлениями о увольнении по собственному желанию. Третья девочка, по словам нового директора магазина, оказалась совсем не безнадежной, получила две недели неофициального испытательного срока. И теперь я спокоен за магазин. Матрена Васильевна следит за магазином, Настя следит за Матреной Васильевной, а я займусь чем-нибудь, более интересным, лишь только закончится этот новогодний дурдом и у людей закончатся, отложенный на самый светлый праздник, деньги. А пока я выхватывая из ящиков по пять конфет «Маска», по три «Ананаса», одну штуку «Сникерса», одну «Марса», кидаю все это в белую коробку с снеговиком на боку, так, что там еще у нас в списке?
— А можно вас еще на пять минут? — в кабинет снова рвется, набивший оскомину, представитель фирмы по торговле елочными украшениями: — Я с руководством посоветовался, мне разрешили с вами договор на реализацию заключить…
Да чтобы вас всех!
