— Эх, вашбродь… сильно вас стукнуло. Был магом, почти до четвёртого уровня добрался. А потом нападение было. Перегорел я тогда, но батю вашенского спас. Восстановить магоканалы и сосредоточие не смогли, слишком я выложился. Хотя и к дорогим лекарям меня возили, не жадничал ваш батюшка, всё без толку.
— Вот как! — задумчиво сказал я. — Не знал, извини. Точнее не помню. И прости, что разбередил твою боль. Сложно перестать быть магом?
— Мне повезло, — вымучено улыбнулся он. — Ваша семья меня поддерживала каждую секунду. Я ведь ещё твоего деда воспитывал, действительно почти часть семьи.
— Хорош! — не поверил я. — Это тебе сколько лет-то?
— Через три дня юбилей, сто тридцать стукнет. Вот только без магии до ста сорока уже не доживу явно. Да и растолстел так, что самому противно. Людские обычные болячки догоняют.
— О как! — только и оставалось, что сказать. — Буду знать. И помочь всё, никак?
— Говорят, лекари девятого и десятого рангов могли бы помочь. Вот только нет их таких в доступном доступе. Да и цены там такие, даже ежели сыскать…
Мы помолчали с минуту, после чего Василий хлопнул себя по жирным ляжкам и вскочил.
— Ладно, — воскликнул он, моментально переключившись с тяжёлого для него разговора. — Тебе явно надо глянуть, как проходит тестирование, а мне помочь нашей девочке тебя обустроить! По дороге прямо, на ответвления не смотри. Если заблудишься, твой дом тысяча девяносто восьмой, запомни. На столбах указатели, как в гостиницах, найдёшь! Иди.
Спорить я не стал. Пружинисто вскочив, направился к двери. Но меня остановил возглас Василия. После разговора Васькой его звать не хотелось даже мысленно. Он подошёл, придирчиво осмотрел мой костюм, стряхнул пару несуществующих пылинок и открыл мне дверь.
— Будь с Россом! — сказал он и показал направление. — Тебе туда.
Да, вблизи большие дома выглядели ещё дороже. Веранды, балконы, бассейны, зоны мангальные и релаксные. Мимо меня, часто обгоняя, шли толпы примерно моих ровесников. Все спешили на огромную площадь перед центральным зданием, что-то обсуждая, чему-то радуясь. У меня создалось впечатление, что я чужой на этом празднике жизни. М-да, по сравнению с этими, возможно отличными ребятами, я слишком много и сложно жил.
На площади перед зданием… Нет, этот шедевр строительства нужно описать отдельно. Утопающее в зелени по-настоящему огромное здание от трёх до шести этажей. И это, не считая лёгких башенок, придающих этому монументальному сооружению лёгкость и сказочный вид. П-образной формы, оно занимало гектара три минимум.
Перед ним была трибуна, или сцена даже скорее. Перед которыми во много слоёв длинными рядами были расставлены лавки. С пятью проходами между ними. Я не был в театрах, но примерно так я представлял их обустройство. Только в меньших масштабах. Дойдя, я сел на абсолютно свободную лавку с краю последнего ряда.
Мне просто посмотреть, как это выглядит, что меня ждёт послезавтра. Не буду толкаться спереди, мне к этой сцене сегодня не идти. Уверен, в последний день толпа будет раз в десять меньше.
Толкотня становилась всё сильнее, прямо броуновское движение. И да, физику, неизвестную моему миру, я тоже знал и понимал. Передние лавки были забиты так, что у толстячков жир выпирал вперёд и назад, не помещаясь между соседями. Аж улыбнуло.
Наконец, на сцене проявилось движение. Седой высокий старик с длинными волосами и бородой вышел к кафедре. И вокруг разнёсся его, показавшийся мне очень молодым, голос:
— Дорогие абитуриенты! Мы рады приветствовать вас в этот важный день в одной из лучших академий империи. Наши выпускники регулярно занимают призовые места в конкурсах и соревнованиях. Надеюсь, вы поддержите эту традицию…
Дальше я слушать перестал, наслаждаясь моментом. Многие были напряжены, а мне, на удивление, было пофиг. Росс обещал, что я буду магом, на эту тему я даже не переживал, в отличие от многих. Что касается направления магии и силы… Ну, тут как повезёт. Но переживаний точно не было.
— Андрей? — послышался сбоку нежный девичий голосок. — Росомахин?
Я обернулся. Передо мной стояло нежное хрупкое создание противоположного пола. Обычно я обращал внимание на более спортивных женщин, подобные ей на арене не выживали, и с ними я не связывался, хотя часто и тянуло. Огромные глазищи на пол-лица, несуразно тоненькие, но красиво очерченные губки не портили, а наоборот, придавали шарм и подчёркивали уникальность.
— Это же я, Арина, — мягко улыбнулась она. — Смородинская! Нас на празднике так и не представили, я чувствовала себя нехорошо, и выходила на десять минут. Но вы должны были обо мне слышать!
Кому и что я должен, я прояснять не стал. Но девушка и впрямь эффектная, ничего не скажешь. Узенькая талия, стройные ножки, небольшая грудь. Не красавица в местном понимании, но почти мой идеал. Чутка мяска нарастить, чтобы выживать могла, вообще кайф будет.
— Рад знакомству, Арина! — я встал и подал ей руку, предлагая сесть рядом. — Вы тоже поступать здесь?
