Россия будущего полностью

Разумеется, и между ними найдутся свои Кекины, Бахрушины, Третьяковы, Трапезниковы. Но свои жертвы они сделают не нам, а, конечно, своей для каждого родине. Русскому народу отсюда не достанется ничего. Ведь это же фантазия, чтобы иностранный капиталист, сидящий преимущественно за границей и имеющий у нас только своих приказчиков, ассимилировался с нами, становился русским. Давно прошли эти времена! Да и плакать ли о том, что к нам не идут господа Эфрусы, Дрейфусы, Блейхредеры и Бишофсгеймы, что везде есть свои Ротшильды, английские, французские, австрийские и нет только русского? Не достаточно ли с нас и наших собственных Гинцбургов и целой династии Поляковых?

Теперь попробуем подвести итоги услугам, оказываемым России нынешними иностранцами. Услуги эти, как уже мы выше установили, основаны не только на очевидных культурных преимуществах в том или ином смысле иностранца перед нами грешными, но и на всепобеждающей силе биржевого международного капитала, ищущего дел, ищущего дальнейшего роста, господства и власти.

Мы видели:

Иностранец имеет перед нами преимущества в своем богатстве, в легкости достать на дело необходимые средства, в большей дешевизне денег где-нибудь в Бельгии или Германии, чем у нас.

Иностранец имеет преимущества в техническом и коммерческом образовании.

Иностранец имеет преимущества в своем юридическом положении в России, созданном законодательством, договорами, международным правом и пр.

Разберем эти преимущества по порядку. Во-первых, богатство. Я думаю, всем понятно и все знают, что страны делятся на две группы: страны-кредиторы, которым должны, и страны-должницы, которые должны. В большей части случаев расчетный баланс этих стран расположен также. Он активен у стран-кредиторов и пассивен у стран-должниц. Да это же и совершенно понятно. Страна, разбогатевшая и накопившая капиталы, например Англия, Франция, Бельгия, должна их размещать, давать в долг другим странам. Ее приходные статьи баланса все растут от полученных за капитал дивидендов и процентов. Страна, задолжавшая, чтобы сводить концы с концами, залезает в долг все дальше, и как у той приход, так у этой растет расход, т. е. баланс заключается все хуже и хуже. Исполняется евангельское речение о том, что кто имеет, тому дается и приумножится, а кто не имеет, у того отнимется и последнее.

Очевидно, что при существующих денежных системах, т. е. при металлическом обращении, связывающем данную страну со всем миром, свободные капиталы могут накопляться только у стран-кредиторов. Задолженные страны отдают в виде внешних платежей иногда весь избыток своего народного труда, за покрытием необходимых расходов по существованию народа, да и эти расходы постепенно урезываются, пока не наступает полная нищета. Мы, например, после сорокалетнего хозяйства в долг совершенно обнищали, и нам, земледельческой стране, имеющей избытки хлеба, поставляющей массы хлеба на международный рынок, постоянно при малейшем недороде грозит голодовка. Почему? Да именно потому, что мы обнищали, нет средств ни запасов серьезных сделать, ни хозяйство свое улучшить, ни оборотных капиталов собрать. На все это нужны огромные средства.

Между тем наша показная сторона, наш фасад, бьет в глаза. Огромная промышленность, сеть железных дорог, очень большая и дорогая военная оборона страны. Подсчитайте все это хотя приблизительно, как наш инвентарь, и вы будете поражены. Его стоимость едва ли превысит сумму нашего внешнего долга. Значит, по существу-то дела все это не наше, не нажитое народным трудом, а чужое, все равно как бы взятое напрокат, арендованное, и эта аренда составляет ежегодно около ста тридцати миллионов рублей золотом.

Если вы взглянете на наши другие богатства, там вы найдете иную картину. До 1861 года: бесчисленное множество помещичьих усадеб, — и каждая представляет полную чашу, — зажиточный народ с большим количеством скота, с запасами немолоченного хлеба, из году в год переходящими. Огромный запас лесов и девственных земель. Теперь: едва треть или четверть прежних усадеб и те, кроме исключительных, нового типа, опирающихся на готовый капитал, стоят едва покрытые, без хозяйства, без инвентаря, заложенные неоплатно и без государственной поддержки ежегодно подлежащие аукциону; обнищавшие села и деревни, «безлошадные» и «бездомовные» домохозяева, ни о каких немолоченных скирдах речи нет, муку покупают в лавочках по пудам, свои продукты отдают по нужде за бесценок, опутанные неоплатными недоимками. Леса сведены, степи распаханы. Дифтерит, сифилис в наших русских размерах и наконец удостоверенное военной статистикой измельчание и вырождение народа…

Итак, в чем же здесь преимущество иностранцев? Да в том, что в пореформенный период мы прохозяйничались, вот настоящее слово! В том, что они накопили богатства и не знают, куда поместить свободные капиталы, мы накопили бесчисленные долги, которые не знаем, как заплатить.