Россия победила в войне с Западом. Страны НАТО разгромлены и раздроблены. На них наложена огромная контрибуция. Теперь Россия – сильнейшая страна мира с неисчерпаемыми возможностями для развития. Все меняется в тот момент, когда ученые обнаруживают параллельный мир, где Россия войну проиграла. Где страна развалена, города уничтожены, а территория превращена победителями в настоящий ад.Содержит нецензурную брань.
Спецотряды прибывали один за другим, разворачивались на площадке перед воротами ранчо и занимали позиции подальше друг от друга, прячась за машинами и хозпостройками. Спецназ ГРУ, группа «Альфа» с двумя кураторами в штатском, росгвардейский «Авангард». Явилась даже армейская разведка на двух «Барсах» с тяжелым вооружением.
– А эти-то чего здесь забыли? – нахмурился Викентьев
– Ну как же, – Барановский затянулся и выпустил дым вниз. – Столько людей потеряли, пока оборону взламывали. Теперь армия полагает, что ей до всего есть дело.
– Черт-те что. Локтями же будем толкаться.
На соседний пригорок медленно заползла машина местной полиции с медведем Калифорнийской республики на передней дверце. Двое копов вылезли наружу, разглядывая столпотворение. Один из штатских поднялся к ним, показал какие-то бумаги, помахал руками, видимо, советуя не мешать операции. Копы лениво покивали.
Викентьев достал бинокль, мазнул взглядом по названию «Дикий гусь» над воротами ранчо и навел окуляры на далекие постройки. Длинная приземистая вилла с бассейном, старый двухэтажный дом 19 века а-ля «плантатор». Пустой загон для скота. Бункер охраны.
– Такая толпа для одного объекта, – сказал Барановский. – Можно подумать, целого президента собираемся выковыривать.
– О, дорогой советник, – сказал Викентьев. – Мы собираемся выковыривать господина Мастерса. А господин Мастерс круче любого президента. Он этими президентами подтирался.
– Все равно непонятно. Зачем Центр согнал сюда всех, кого ни попадя?
– Перестраховывается. Если Мастерс ускользнет, всю работу по выявлению глубинного государства придется заново начинать. В Москве много погон слетит. А может и голов.
Сотрудник в штатском спустился с пригорка и подошел к ним.
– Ну и жара, – пробормотал он, вытирая пот с лысины. – Даже в Неваде такого не было.
– Кстати, полковник, – повернулся к нему Викентьев. – А что вы здесь делаете? Вы же из «двойки». Неужто считаете Мастерса исламским террористом?
– Он курировал иракскую нефть, – сказал полковник. – Так что, к нему есть вопросы.
– А. Ну, сами понимаете, только после нас.
Тот развел руками. Мол, никто не спорит. Вся верхушка бывших Штатов автоматически считалась прерогативой Комитета по делам Оккупированных Территорий.
Со стороны ранчо вдруг донесся глухой хлопок, и над забором вспухло облако дыма.
– Кажется, началось, – сказал Барановский.
С шелестом ввинтилась в воздух ракета, прошмыгнула над головами, оставляя белесый след. Викентьев пригнулся, закрыв ладонью глаза. Полыхнула вспышка, задрожала земля, грохот резанул уши. На месте бункера вздыбилась стена огня.
Когда пламя утихло, а дым рассеялся, Барановский присвистнул.
– Первый раз такое вижу.
Бункер торчал посреди огненного озера, целый и невредимый.
– Он из чего сделан?
– Доберемся, узнаем, – пробормотал Викентьев, наблюдая в бинокль за действиями бойцов. Те быстрыми перебежками двигались к зданиям. – Ч-черт… Говорил же им, нельзя ее в лоб штурмовать.
– Ее?
– Охранную систему класса «Дефендер». Искусственный интеллект пятого уровня. Боевые роботы. Динамические минные поля. Людей только положим.
Словно в подтверждение его слов, оборонный периметр осветился вспышками, что-то заухало, захлебываясь, треск пулеметных очередей разорвал воздух, а окрестности покрылись огненными волдырями. Бойцы сиганули в разные стороны по укрытиям, но было ясно, что успели не все.
– По-моему без арты тут делать нечего, – тихо сказал Барановский.
– Это с артой тут делать нечего, – возразил Викентьев. – Мастерс нам живой нужен.
Из черного клубящегося ада вырвалась покрытая копотью скособоченная фигурка, быстро перебежала открытую местность и перемахнула через ограду.
Викентьев скользнул взглядом по изуродованному старыми шрамами лицу.
Старший оперативник Центра Спецназначения, кодовый номер 000255, позывной Багор. Викентьев не знал его имени, да это было и не обязательно.
– Мне нужно больше людей, – прохрипел Багор, подбежав ближе. – Человек двадцать. Обойти с флангов. Тогда система захлебнется.
– А ты потеряешь еще десяток, – сказал Викентьев. – Не жалко?
Багор непонимающе уставился на него.
– Отводи людей на позиции, – приказал Викентьев. – По-другому попробуем.
Он достал рацию.
Барановский вытаращил глаза и отшатнулся.
– Нет.
– Да.
– Ты хорошо подумал?
– У тебя есть другие варианты?
Барановский вздохнул.
Викентьев отжал кнопку.
– Антон. Ваш выход.
***
Для Антона всё было кристально ясно. Ему даже не надо было смотреть на экран планшета, где калейдоскопом сменялись данные висящих над ранчо дронов. Комитетские спецгруппы как всегда действовали нахрапом. Это было оправдано во время боевых действий, когда счет шел на минуты. И это было абсолютно не нужно сейчас.
Он выключил рацию, перевел потоки информации на внутренний чип и вылез из машины.
