Итак, ослабление центральной власти в Австро-Венгрии после 1867 г. и значительный политический и экономический вес польского населения Галиции, заинтересованного в воссоздании национального государства, вывели поляков на место главной светской основы грекокатолицизма. Причем польская интеллигенция и аристократия, представлявшие в условиях Австро-Венгрии лишь локальную социальную группу, поддерживались Веной как перспективный источник власти. Однако полякам Галиции предстояло склонить на свою сторону значительное по численности сельское население, ориентированное в своем самосознании на Россию, вследствие чего греко-католическая церковь, путем постановки ее на службу польским интересам, была использована как инструмент антирусской пропаганды. Так, в конце ХIХ в. в Галиции повторилась ситуация рубежа XVI–XVII вв., когда греко-католицизм был использован для консолидации населения во имя польских национальных интересов.
Надо сказать, что такая политика не принесла желаемых результатов, о чем свидетельствует массовость и активность перехода в православие, координировавшегося епископом Житомирским и Волынским Евлогием (Георгиевским), мирян-униатов Восточной Галиции, занятой в 1914 г. российскими войсками. Это не относилось к грекокатолическому духовенству [2, с. 28–29], представлявшему собой отчужденную от интересов паствы структуру.
Итак, можно сделать общий вывод о том, что грекокатолицизм – это действительно один из компонентов украинского национализма, который, однако, с конца XIX в. выступает лишь средством пропаганды украинофильства. Причем антирусская позиция грекокатолицизма проявляет себя лишь в моменты активизации польских национальных интересов. Если создаются условия, при которых грекокатолицизм может опираться на идеологически нейтральную централизованную светскую власть, как это было в Галиции 1772–1880-х годов, то он, по сути, перестает чем-либо отличаться от православия, лишь формально признавая клерикальный суверенитет Папы Римского. Таким образом, грекокатолицизм – это генерированное Польшей средство в ее геополитической борьбе с Россией за контроль над западнорусскими областями. К использованию и поддержанию этого средства в работоспособном состоянии во второй половине ХIХ в. подключилась Австрия, геополитические интересы которой переместились на Балканы, где вступили в столкновение с российскими [14, c. 609]. В том числе, именно поэтому Габсбурги, заручившиеся обещаниями польских националистов об их месте во вновь образованной Польше, начали диалог на основе австрославизма с поляками, активно использовавшими грекокатолицизм в своих целях.
Однако по мере укрепления самостоятельности сельского населения Галиции, использовавшийся поляками украинский национализм начал выходить из-под контроля и превращаться в независимую политическую силу, враждебно настроенную по отношению как к России, так и к Польше. Поистине трагический выход такие процессы нашли в период Второй мировой войны в виде учиненных украинскими националистами погромов на Волыни и в Сахрыни.
Что касается урегулирования этнополитического конфликта на Украине в нынешних условиях, грекокатолицизм необходимо рассматривать как один из рычагов установления диалога с украинскими националистами, который может способствовать позитивной социализации националистических групп.
1. Аржакова Л.М. Диссидентский вопрос и падение Речи Посполитой (дореволюционная отечественная историография проблемы) // Петербургские славянские и балканские исследования. – 2008. – № 1 (3). – С. 31–39.
2. Бахтурина А.Ю. Воссоединение униатов с православием: Политика российских властей в Восточной Галиции в 1914 г. // Новый исторический вестник. – 2011. – № 27. – С. 26–37.
3. Богослужение православной церкви // Православная библиотека «Золотой Корабль». – URL:(Дата обращения: 11.05.2014.)
4. Большаков А. Униатский «майдан». Роль грекокатолической церкви в государственном перевороте на Украине // Русский мир Запорожья. – URL:category/religion/52750 (Дата обращения: 9.05.2014.)
5. Вернадский Г.В. Историки русского зарубежья. «Соединение церквей» в исторической действительности // Вопросы истории. – 1994. – № 7. – С. 155–174.
6. Дмитриев М.В. Религиозные войны в Речи Посполитой? К вопросу о последствиях Брестской унии 1596 года // Петербургские славянские и балканские исследования. – 2008. – № 1 (3). – С. 3–22.
7. За «экстремистскую речь» священник Михаил Арсенич получил каноническое предупреждение // Коломыйско-Черновицкая епархия УГКЦ. – URL:53854/ (Дата обращения: 11.05.2014.)
8. Зонова Т.В. Вестфальская система // Вестник МГИМО – Университета. – 2008. – № 1. – С. 78–80.
9. История Древнего мира: Античность: В 2 ч. / А.И. Немировский. – М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2000. – Ч. 2. – 480 с.
10. История искусств / А. Воротников, О. Горшковоз, О. Ёркина. – Минск: Литература, 1997. – 608 с.
11. История международных отношений: В 3 т. / Под ред. А.В. Торкунова, М.М. Наринского. – М.: Аспект Пресс, 2012. – Т. 1: От Вестфальского мира до окончания Первой мировой войны. – 400 с.
