С этими словами она перекрестила гостя, и долго еще стояла и смотрела вдаль уходящему странному человеку, который обреченно шел навстречу неизвестности.
Дорога расширилась и на ней отчетливо стали видны следы от, когда то проезжавших автомобилей. Цивилизация накрывала постепенно, по мере углубления в поселок и приближения к автомобильной трассе. Люди встречались чаще, изредка проезжали старенькие машинки, вдали показался поселковый магазин. От него дорога ушла резко вправо, а прямо вела протоптанная народная тропа к остановке автобуса. Все выдавало середину буднего дня — малочисленность прохожих на дорожках поселка «Садовод», полу пустая остановка автобуса, и только рой мальчишек на озере, прыгающих в воду с моста смог отвлечь усталого путника от новой полученной цели.
К тому моменту, как он достиг дороги на Шатуру, время в пути уже приближалось к десяти часам. Поэтому когда взгляд, привыкший к лесному пейзажу, был порадован водными просторами Шатурского водохранилища, простирающегося на многие километры, в редких местах перегороженного дорожными мостами, ноги сами несли измождённое тело к воде. Пройдя мимо остановки, перейдя через ремонтирующийся мост, он спешно спустился с небольшого обрыва к месту купания аборигенов. Раздевшись донага, не обращая внимания на улулюкивание мальчишек и злобный шепот женщин на остановке, он испытал то удовольствие и облегчение, которое заслуживал и ради которого терпел.
Тело почувствовало воду, как родную стихию, руки сами приняли необходимо положения для плаванья брасом, ноги двигались в унисон. Он плыл быстро и мощно, как будто хотел доказать себе и всем окружающим, что он Мужчина. Заплыв продолжался минут пятнадцать, и если бы он не заметил, что выходящий из воды мужчина лет сорока одет в плавки, то наслаждался бы невесомостью в приятной ему среде и далее. В этот момент появилось незнакомое до сели чувство — чувство стыда за свою наготу, которое погнало его обратно к берегу, перед которым он задержался, осматриваясь и оценивая, как быстро сможет добраться до своих трусов. Стараясь не привлекать к себе внимание, он выскочил из воды и в считанные секунды натянул трусы на моментально отдохнувшее тело. Теперь можно было перевести дух и обсохнуть. Смотреть в сторону остановки было неприятно и совестно, мнение же пацанов, сигавших с моста, его мало волновало. Проведя на «пляже» еще пару минут, он неспешно оделся, выбрался на трассу и с новыми силами двинулся в сторону города.
Дорога извивалась как змея на болотах, которые еще пару часов назад он форсировал в ожидании конца леса. Теперь цель была другой, и каждый поворот таил за собой возможность входа в Шатуру, места от которого он ждал очень многого. Через минут сорок по раскалённому от солнца асфальту, был достигнут песочный пляж, пустой и притягательный. Тут уже в трусах, без тени смущения и тревоги, он мог наплаваться вдоволь. Ныряя, фырча и брызгаясь, он познавал то новое, что казалось ему самой большой наградой за мучения и невзгоды сегодняшнего дня. Жажда прошла, мускулы наливались кровью, синяки под глазами уходили прочь. Теперь он был готов пройти столько же, расстояния его не пугали. Только одна мысль сверлила его и не давала получать от жизни удовольствие. Что ему говорить в милиции? Как объяснять и что просить?
Последний отрезок пути был коротким, и вскоре показалась окраина.
При входе в город стояла огромная, серого цвета, с большими высокими трубами Шатурская электростанция. Она не могла не отвлечь путника от его мыслей, потрясая своей величиной. Сразу за территорией электростанций начинались городские улицы со старыми двухэтажными домами, похожими на казармы. Первый же из прохожих был остановлен и опрошен с пристрастием на счет маршрута к зданию милиции. Шесть улиц и пять поворотов привели к долгожданному зданию.
Теперь наступал самый сложный момент его путешествия. В лесу и на проселке у него была одна цель, после встречи с доброй женщиной появилась другая. Ныне они были достигнуты. Дальше пустота, неизвестность и страх, который надо было преодолеть. Но для чего пока было не ясно. В этом состоянии он вошел в новенькое, недавно отремонтированное, здание Шатурского УВД. Напротив входа большое зарешодчатое окно с надписью «Дежурный». В маленькое отверстие в основании этого окна была просунута голова человека, который тихим, уставшим голосом произнес:
— Помогите мне, пожалуйста! Я не знаю, кто я и как здесь оказался…. И мне очень хочется пить. Помогите!
