Ранним утром поступила сводка о том, что в Пригородном районе, где неподалеку от села Комгарон находится учебная база Орджоникндзевского военного училища внутренних войск, совершено очень дерзкое, тяжкое изнасилование двух офицерских жен, приехавших навестить своих мужей. Районный прокурор доложил, что это происшествие вызвало бурную реакцию среди офицеров и курсантов, которые похватали оружие и уже пытались ринуться в село, чтобы устроить там кровавую расправу. Командованию училища с трудом удалось успокоить военнослужащих. Виновные арестованы. Ими оказались трое сельских учителей и их недавно демобилизованный приятель, все — молодые люди.
Далее из информации прокурора следовало, что потерпевшие категорически опознали своих насильников. Имеются свидетели, в частности, пятнадцатилетний ученик Джиткаев, через которого, собственно, и вышли на преступников. Обвинение уже предъявлено, и следствие будет в ближайшее время завершено.
Прошло три месяца. Неожиданно в адрес очередного партийного съезда, что тогда было нередко, поступила жалоба от родственников арестованных в том смысле, что тех обвиняют незаконно. В отличие от нынешних демократических времен, подобные жалобы немедленно брались тогда под особый контроль. Мне тут же поручили проверить, насколько объективно ведется следствие, и передачи все материалы дела.
Итак, две молодые женщины приехали из Орджоникидзе в село на автобусе, провели с мужьями весь день и к вечеру собрались обратно в город. Последний автобус уходил около восьми часов, и другого транспорта, кроме случайного попятного, не было. От учебной базы до села около двух километров. У околицы несколько подростков играли в футбол. Женщины спросили у них, как поскорее дойти до остановки. Один из подростков, тот самый Джигкаев, взялся проводить, тем более что и сам торопился домой, чтобы встретить скот.
Комгарон — село чисто осетинское, и появление симпатичных русских женщин, естественно, немедленно привлекло внимание мужчин. А четверо молодых людей — учителя и их приятель, игравшие в карты в одном из дворов, — попытались заговорить с приезжими, познакомиться. Правда, разговора не получилось — уже темнело, и женщины боялись опоздать на последний автобус. И тем не менее опоздали. Рассчитывать на попутный транспорт не приходилось, и они попросили Джиткаева проводить их обратно в часть. Даже заплатить обещали. Но он отказывался, ссылаясь на свои дела и добавляя при этом, что и сам побаивается тех мужиков, что навязывались на знакомство. Они, между прочим, обсуждали по-осетински возможность «оформить этих русских женщин», ну… понятно, о чем речь?.. Словом, нагнал страху. Однако в конце концов согласился помочь, но предложил свой вариант. Возвращаться не тем же путем, где можно почти наверняка нарваться на насильников, а идти кружной дорогой: через мост, противоположным берегом до учебных окопов военного училища и, перейдя речку по мелководью, выбраться прямо к базе.
Все шло нормально, но вот возле учебных окопов, в месте отдаленном и пустынном, произошло именно то, чего подросток так боялся. Навстречу выскочили темные фигуры — полуголые, с обмотанными головами. Джигкаев успел лишь крикнуть: «Что вы делаете?! Не трогайте их!» — как был сильным ударом отброшен в сторону. Женщин же растащили в стороны и, порвав на них одежду, ринулись насиловать. При этом один из напавших угрожающе размахивал ножом.
Наконец преступники оставили свои жертвы и словно растворились в темноте. Женщины пришли в себя и грязные, в разодранной одежде, пошли на свет фонарей учебного лагеря. Дежурный немедленно доложил начальству, но лагерь уже забурлил: мужья несчастных женщин схватились за автоматы…
Прибыла милиция, и началось следствие. Подростка нашли сразу — его многие видели в селе вечером вместе с двумя женщинами. Джигкаев ничего не скрывал, рассказал все как было. Сообщил также, что в одном из насильников узнал учителя Шавлохова. А потом, когда очнулся после сильного удара по голове, испугался, что его могут убить, как случайного свидетеля, и потихоньку убежал в село. Там, на центральной улице, возле школы, встретил своих одноклассников, их было пятеро, и сказал, что за речкой, возле окопов, учителя приезжих женщин насилуют, а сам он еле ноги унес. Другие ребята были постарше, им захотелось посмотреть: чего там и как. Но когда они прибежали на то место, которое показал Джиткаев, у окопов уже никого не было. Ребята вернулись в село, почистились возле водопроводной колонки и отправились к своему старшему товарищу Икаеву, которого в эту ночь провожали в армию.
На проводах было традиционно много народу — родственники, друзья, соседи. Говорили хорошие слова, веселились. Сам Джигкаев пробыл в гостях недолго, скоро вернулся домой. А после полуночи его разбудила милиция.
