– Пока всех детей обошел, всем подарки раздал, вот и к нам пришел, – радостно сообщил старший брат. – Пошли его встречать!
Сашка узнал Деда Мороза – это был переодетый дедушка.
– Здравствуйте, дети, я пришел к вам с подарками. Долго я шел, шел и пришел. Много детей я поздравил с праздником. А ну, расскажите мне стишок или песенку спойте! – громко сказал Дед Мороз.
Ваня стоял с удивленно широко раскрытыми глазами – первый раз он видел, чтобы Дед Мороз к ним в дом зашел.
Через несколько минут зашла бабушка:
– Здравствуйте всем! Ой, у вас тут гости?
– Я – Дед Мороз, принес подарки этим хорошим и послушным мальчикам, – смеясь в ватную бороду, произнес дедушка.
– Я вас всех приглашаю ко мне домой. Дедушка Мороз, пойдемте к нам в гости, у нас елка наряженная стоит, стол блюдами вкусными накрыт, гостей ждет! – весело зазывала гостей бабушка.
– А где дедушка? – тихо спросил Ваня.
– Так он нас дома ждет. Ваня, зови Деда Мороза в гости к нам. Будем у нас праздновать Новый год! Будет весело.
– Все, мы быстро одеваемся. Все идем в гости к бабушке, – строго, но радостно сказал Сашка.
Родился летом 1940 года в Калужской области. Первое и самое яркое путешествие состоялось осенью 1944 года, когда семья переезжала из г. Горшечное в Крым. Мы жили с селе Бахчи-Эли (ныне Богатое), что под Белогорском.
Но юность закончилась, и в 1959 году я поступил в Новочеркасский политехнический институт (НПИ), чтобы приобрести специальность гидрогеолога.
После окончания института в 1964 году проработал почти десять лет в Уч-Кудуке, где обеспечивал дренажные работы на рудниках и карьерах, занимался подземным выщелачиванием урана и добычей пресной воды для питьевых нужд Уч-Кудука. Там я прошел высшую производственную практику инженера-гидрогеолога и начал заниматься научными исследованиями.
Потом, как опытный горный инженер-гидрогеолог, я был откомандирован в Чехословакию в качестве советского консультанта по оказанию технической помощи горнодобывающему предприятию Гамр, что в Северной Чехии. Там я проработал десять лет.
После Чехословакии проработал более тридцати лет в институте ВИОГЕМ г. Белгород, дослужившись до главного инженера. И, начав свою биографию с путешествия и открытия своей Родины, должен сказать, что по служебным делам, то есть благодаря своей профессии, я расширил границы познания мира, побывав в таких странах, как Нигерия и Чад в Африке, США (Западная Вирджиния и Атланта), Вьетнам, Кампучия, Израиль, в Центральной и Восточной Европе. И каждое место, пройденное мной на этой земле, так или иначе оставило след в моем литературном творчестве.
В настоящее время работаю в Белгородском Государственном университете в качестве доцента кафедры прикладной геологии и горного дела. Думаю, мне удалось зажечь не одно юное сердце любовью к своей профессии, именуемой «горный инженер-гидрогеолог».
Последние дни перед приездом Магды я, как и первый раз, много вычислял, тщательно обдумывал и планировал всевозможные варианты ее встречи и нашего проживания, чтобы все это время царил только праздник…
И вот он наступил, долгожданный день, когда вновь прилетела моя любимая женщина! Самолет прибыл вовремя, и минут через двадцать я увидел пассажиров берлинского рейса, входящих в зону таможенного досмотра. Магда была одета в короткую белую шубку и с непокрытой головой. Издалека в ней невозможно было признать беременную женщину, и у меня даже возникли сомнения. Но когда мы обнялись, я почувствовал тугой живот и услышал, как там что-то встрепенулось, будто обрадовавшись встрече со мной.
Я никак не мог насмотреться в глаза любимой и надышаться ароматом ее волос. Теперь, видя перед собой дорогое лицо, я находил в нем уйму признаков, указывающих на скорый приход материнства, и это теплым чувством отзывалось в моей душе. Мне было так хорошо и так радостно, что, забыв про всякую осторожность, я прямо у выхода обнял Магду и крепко и нежно целовал. А она, мой лидер и мой вождь, вдруг расплакалась – это было впервые – и начала прятать лицо в отворот моей куртки. Я гладил ее волосы и успокаивал как мог, а у самого к горлу подступал комок.
Через некоторое время она перестала всхлипывать, и в этот миг я вдруг заметил несколько седых ниточек в ее черных прядях. Седины, как и положено, шли от виска, где выделялись наиболее ясно и рассеивались и терялись в нижней части длинных локонов. Я замер, невольно коснувшись губами ее седин, и тут же услышал взволнованный голос:
– Милый, я не знала, что счастье может быть таким тревожным!
– О чем ты?
– О том, что у меня появились седые волосы, и ты только что их увидел.
