Российский колокол, 2016 № 1-2 полностью

Однако творческие успехи Адгура Кове снимают любую критику его метода.

О Мальшине и Кове на гастролях и в поездках по фестивалям новые знакомые, коллеги из других театров отзывались так:

«Это две яркие личности, но два антипода. Мальшин – сама открытость и откровенность, человек, всегда готовый поделиться своим мнением, впечатлениями, как говорится, душа нараспашку. Кове – приветливый, но сдержанный, скромный, наделенный несомненным талантом, богом данным».

С приходом нового главного режиссера театр ушел от легкого жанра и перешел к серьезной драматургии. Стали ставить Саймона, Лорку, Уильямса и других. Как правило, все постановки Кове были высокого уровня режиссуры и актерского мастерства. Профессионалы отмечали превосходную хореографию, единую со спектаклем. Постановки Кове всегда насыщены символами.

В Борисоглебске Адгур Кове поставил «Урок» по пьесе Э. Ионеско, «Реквием» Леонида Андреева, «Чудо святого Антония» Метерлинка, «Дом Бернарды Альбы» Лорки, «Мой милый Плюшкин» Ольшанского…

Театровед, художественный руководитель культурно-информационного канала «Эхо Воронежа» Надежда Роготовская так отозвалась о деятельности этого режиссера:

«Сказать, что Борисоглебский драматический театр, когда в него в качестве главного режиссера пришел Адгур Кове, переживал не лучшие времена, значит, не сказать ничего. Долгие годы репертуар составляли, в основном, пьесы третьего ряда, актеры были растренированы, режиссура – беспомощной. Он начал с «Самоубийцы» Эрдмана, и в выборе названия слышалась самоирония – верить в то, что этот театр можно как-то поднять, могли только большие оптимисты. Однако за короткий промежуток времени там появились спектакли, которые всерьез заинтересовали воронежскую критику, театр начал выезжать на фестивали и возвращаться с наградами. Условия были сложными, но режиссер показал, что может работать в предлагаемых обстоятельствах. Случалось, когда не хватало актеров, он набирал что-то вроде студии, обучал и вводил в репертуар. Огромное внимание уделялось сценическому движению, упор делался на пластический рисунок спектакля, где даже не очень одаренные драматическим талантом актеры вполне успешно справлялись с поставленными перед ними задачами. Но главное заключалось в другой способности режиссера – создавать вокруг себя удивительно творческую атмосферу».

После Борисоглебска Кове ушел в Воронежский ТЮЗ, но оставил театр с приличным репертуаром и крепкой актерской дисциплиной.

Конечно, режиссером в Борисоглебском театре быть очень трудно.

История этого заведения культуры – это история борьбы за выживание.

Театр находится в небольшом городе, зрителей меньше, чем… тут уж не говорим о Москве, меньше, чем в областном центре, а значит, даже самые успешные постановки живут недолго: покажут премьеру, потом свозят на гастроли и на фестивали, и все. Многие ведущие актеры уезжали в другие места: где перспективней, как им казалось, творить или где попросту больше платят. Все годы с основания в труппе большая нехватка мужчин.