Россолински полностью

В Целленбау находились и другие видные политики. Среди них были: румынский фашист Хория Сима и шесть других членов «Железной гвардии» (они находились в лагере с начала 1943-го по август 1944-го)¹³⁸⁸, граф Готфрид фон Бисмарк-Шёнхаузен (внук Отто фон Бисмарка, ил. 161), сын Сталина Яков Джугашвили (ил. 160), немецкий промышленный магнат Фриц Тиссен (ил. 163), главнокомандующий польской АК Стефан Грот-Ровецкий (ил. 164). В здании, расположенном в особой части Целленбау, вместе со своей семьей находился Курт Шушниг, канцлер Австрии 1934-1938 гг.¹³⁸⁹ В течение всего периода своего заключения Бандера обладал специальным статусом, благодаря которому к нему относились гораздо лучше, чем к любому другому среднестатистическому заключенному немецкого концлагеря¹³⁹⁰. Бандера имел возможность каждые две недели получать передачи с едой, нижним бельем, одеждой и другими предметами первой необходимости, которые ему приносили его супруга и дочь, проживавшие в это время в Берлине в районе Шарлоттенбург¹³⁹¹.

В Целленбау было 80 камер. Как и у других заключенных, у Бандеры была своя камера: № 73. В Целленбау также находились несколько других украинцев, в том числе Стецько, Бульба-Боровец, а позже - и Мельник. Иногда они встречались на территории лагеря и обсуждали вопросы возобновления сотрудничества между украинцами и немцами. Бандера, хоть и тайно, но все же имел возможность общаться с другими заключенными, а также читать газеты. Каков был характер этих встреч, достоверно неизвестно, но, по словам Мельника, минимум один оуновец, Олег Кандыба, был убит или умер в этом лагере в этот период. Мельник узнал об этом инциденте от Бандеры¹³⁹².

Находясь в лагере, Бандера не был отрезан от политики и деятельности ОУН-УПА. В ОУН(б) знали, что Бандеру навещает супруга, и через нее поддерживали с ним контакты. В 1943 г. оуновцы купили костюмную ткань высшего качества и передали ее Бандере через Ярославу. Согласно свидетельствам оуновца Михаила Полевого, другие люди также имели возможность общаться с Провідником¹³⁹³. Хотя в ОУН(б) были хорошо осведомлены обо всех обстоятельствах пребывания Бандеры в лагере, его продолжали называть страдальцем и мучеником. В одной из листовок 1942 г. утверждалось, что Бандера «страдает в подвалах тюрем за нашу идею»¹³⁹⁴, а текст листовки 1943 г. был таким: «Степан Бандера - лучший сын Украины и борец за ее свободу, которого немцы уже два года мучают в тюрьме»¹³⁹⁵.

Провідник был освобожден из Целленбау 28 сентября 1944 г., и с этого же времени он находился в Берлине под домашним арестом. Вскоре после этого немцы освободили Стецько, Мельника, Бульбу-Боровца и около 300 других членов ОУН, ранее удерживаемых в других лагерях. Находясь под домашним арестом, Бандера имел право свободно перемещаться по городу и встречаться с другими людьми¹³⁹⁶. В Бюллетене за 14 ноября ОУН объявила, что «вождь Степан Бандера находится на свободе»¹³⁹⁷. Нацисты освободили Бандеру и других спецзаключенных Целленбау, поскольку Германия уже проигрывала войну и по этой причине командование пыталось максимально расширить круг своих союзников. Так, Сима и другие легионеры, освобожденные в конце августа 1944 г., образовали в Вене румынское правительство и занялись мобилизацией румын¹³⁹⁸.

5 октября 1944 г. Бандера попросил о встрече с немецкими властями, в результате чего он встретился с обергруппенфюрером СС Готглобом Бергером. По итогам встречи Бергер сообщил Гиммлеру, что он предложил Бандере сотрудничать с Андреем Власовым (руководителем РОА, созданной немцами осенью 1944 г. для совместной борьбы с Красной армией, ил. 157). Бандера отклонил это предложение, поскольку считал, что «сотрудничая с ним, [он] потеряет своих сторонников на Украине». Бандера утверждал, что его движение в Украине стало «таким сильным и обрело так много приверженцев, что Сталину не удастся его подавить». В конце своей докладной записки Бергер дал Бандере краткую характеристику: «Ловкий, упрямый, фанатичный славянин. Своей идее предан до последнего. В настоящий момент для нас невероятно ценен, позже опасен. Ненавидит как великороссов, так и немцев.

Осмелюсь предложить все-таки задействовать его, чтобы активировать его движение... Действуя на нашей стороне, он может представлять серьезную угрозу для продвижения [противника]»¹³⁹⁹.

Во время переговоров с Бергером и другими нацистскими политиками Бандера был не столько против сотрудничества с Германией, которая воевала с СССР, сколько против отношений с Власовым («человека великорусского образа мыслей»). Аналогичную позицию заняли и другие украинские и нерусские политики, представлявшие советские республики. Чтобы развести «империалистов» и «националистов» по разные стороны, немцы организовали специальные национальные комитеты, которые впоследствии целевым образом занялись работой с украинцами и другими представителями нерусского населения¹⁴⁰⁰.