Ну вот, хоть кто-то оценил брюки и усы Марка. Новеллий глянул мельком - обычный пьяница. Он привык к такому и старался не обращать внимания на оскорбления. Не все успели остыть после недавней войны, в которой стороны не жалели друг друга.
Хозяин как раз показался из кухни - ход туда был завешен шкурой. Встал у порога, подбоченясь, но вдруг дернулся, смотря на что-то за спиной Новеллия.
- Я к тебе обращаюсь, слизень! - раздался голос у самого уха. В спину Новеллия ткнулся кулак.Сидевший в углу пьяница очень быстро оттуда выбрался.
Новеллий повернулся, но не успел рта раскрыть, как получил полновесный удар и отлетел, опрокинув козлы с досками и всем, что на них стояло. Сидевшие вскочили, пытаясь спасти миски.
- Варий, успокойся, - хозяин замахал руками. - Ну что ты опять нарываешься!
Новеллий легко встал. Его обманул мутный взгляд и одутловатое лицо - сейчас он разглядел и широкую грудь противника, и его мощные руки, и легкость, с которой он перемещался. Легионер. Бывший, конечно, но навыки не забыл.
Варий бросился на него, Новеллий легко увернулся и воткнул свой кулак в живот противника. Живот был твердый, как доска, однако Вария развернуло и Новеллий резким кивком воткнул лоб в его переносицу. Римлянин отлетел, расколошматив еще один стол.
- Меня зовут Марк Новеллий, я сын Публия из Медиолана, - сказал он пока Варий вставал. - Я не хочу драться. Все, что мне надо - поесть и попить.
- ФынПувлия?-невнятно переспросил Варий, он пытался вытереть ладонью кровь из носа, но только размазал её по губам и щеке.- Твой Публий слепой, что ли? Твою мать отымел галл!
- Да, мой родной отец - галл, Публий - мой отчим... - ответил Новеллий, пытаясь стиснутыми до боли кулаками задавить накатывающий волной гнев.
- Говорю ж, галлты поганый!-Варий, недослушав,радостно сплюнул и снова бросился на Марка.Они сцепились и рухнули на колченогую табуретку, превратив ее в щепы. Новеллий попытался ударить коленом, но Варийумело развернул корпус и быстро подмял его под себя. Силища у него была неимоверная. Новеллий запоздало понял, что его шанс был в том, чтобы не доводить дело до борьбы. Варий, рыча, попытался сомкнуть ладони на его шее, но вдруг его хватка резко ослабла, и он с криком вскочил на ноги, потирая бок.
Прямо перед ним стоял солдат с копьем -удар его древка заставил Вария оторваться от шеи Новеллия. Второй солдат встал рядом с первым - Новеллий торопливо вскочил, но это не помогло, и он тоже получил жесткий удар в ребра. Воины свято блюли закон справедливости.
- Чо, опять ты, Варий, озорничашь? - судя по выговору солдат был умбром.
Римлянин смотрел исподлобья, молчал.
- Пошли с нами, обои. И не баловать.
Они поочередно вышли из таверны.
- Дурак ты, Гней, - беззлобно сказал второй легионер. - Трибун тебя вечно прощать не будет.
Варий пожал могучими плечами, смолчал и на этот раз.
- А тя я видал, ты ж токо от трибуна, - обратился первый к Новеллию. Тот кивнул.
- Ненадолго ты от его ушел...
Но суд не состоялся. Едва выйдя из таверныони увидели: у дверей дома трибуна стоят накрытые чем-то носилки, вокруг солдаты в полном боевом обвесе,плечом к плечу, чуть ли не "черепахой", рядом уже с независимым видом переговариваются несколько самых шустрых галлов - такой народ, на любую новостьсбегаются как муравьи на мёд.
Из дверей вынырнул центурион, за нимсам трибун Лурий, прямо в домашних сандалиях и кое-как накинутом плаще, пояс с мечом в ножнах на римского командира торопливо прилаживал суетящийся седой раб. Пока Марка и Вария подвели к трибуну, Лурий куда-то отправил двух солдат и приподнял край холстины, покрывавшей носилки. Скривился, бросил взгляд вкруг - и отбросил ткань.
На носилках лежали ноги. И голова в каске, с другого конца. Между ними - бурая неопрятная куча. Легионер рядом с Марком крякнул, галлы, которых собралось уже десятка два, заойкали. Новеллий подошёл поближе к носилкам и увидел, что в куче была разодранная чуть не на полосы кольчуга, остатки стёганного поддоспешника, клочья туники и совсем немного человеческой плоти. Крови для такого месива тоже было удивительно мало.
- А с остальными что? - спросил Лурий центуриона.
- То же, мой трибун. Но хуже, - ответил тот.
Где-то неподалёку букциназатрубила "стройся!". Городские собаки ответили ей хриплым заполошным гавканьем.
- Ну, пусть теперь Сегомар нам расскажет, что это тоже германцы сделали, - только и сказал Лурий. Галлы в городе звонко перекликались, передавая новости, на площади их сошлось столько, что места в первом ряду вокруг кучки римлян уже не хватало, задние подпрыгивали или спрашивали передних, что там.
Трибун и не думал их разгонять. Он упрямо опустил широкий лоб, расставил короткие ноги пошире, словно бодаться приготовился. Сунувшегося к нему с докладом солдата, приведшего Варияс Новеллием, Лурий коротко осёк.
Новеллий осторожно оглядывался, ища дядю. Ага, вот и он, о чём-то вежливо беседует с хозяином таверны. Дядя поймал взгляд Новеллия, отвернулся и важно кивнул собеседнику. Ну да, не обойдется, значит, без очередной порции нравоучений.
