– Время, друг мой. Время. Если это – наживка для нас, то вокруг предполагаемого поля боя должны стягиваться войска. Вот, – Максим достал планшет с картой. – Смотри. Вот здесь, здесь и здесь, – начал он тыкать пальцем, указывая различные точки, – можно выгрузить войска. Оттуда идут дороги, по которым маршевые колонны подойдут и заблокируют нас. Каждый час, каждая минута сражается за них. Даже если мы просто встанем здесь лагерем, часов через пять-шесть нам уже отсюда не уйти. Разве что с боем и огромными потерями. Если немцы приготовили на закланье такую жертву, то боюсь представить, что они стянули в оцепление. Берлинский гарнизон уж точно здесь почти в полном составе. Возможно, с северных городов подтянули. Но дивизий пять-шесть, может семь, здесь вокруг уже точно вьются. И эти 37-мм пехотные пушки. Тебя они не смутили?
– Смутили, – честно признался Семен Михайлович. – Против наших машин – самое то. Если ставить в кустах – сразу и не приметишь.
– Вот-вот. Насколько я знаю, австрийцы их выпуск только наладили. Это – новинка. И если новинку нам скармливают в таком количестве, то будь уверен – в войсках блокирования их окажется более чем достаточно.
– И что делать? – растерянно спросил Буденный.
– Удивлять их, – усмехнулся Максим и каким-то безумным, лихорадочным взглядом посмотрел на своего визави.
В Ротенбурге отдельный лейб-гвардии эскадрон пополнил запасы топлива и стрелковых боеприпасов. Особенно ценно было восполнение запасов топлива. Пробежав за эти два дня около шестисот километров, они могли снова поддать газу…
Утром следующего дня Фридрих Гемпп вошел в кабинет своего начальника.
– Их взяли? – поведя бровью, поинтересовался Вальтер Николаи.
– Нет.
– Они все еще дерутся? Остались боеприпасы?
– Они дошли до заслона и, не вступая в бой, отошли.
– Куда?
– Полагаю, что в леса. Там много лесов и большое количество дорог. Время стоит жаркое, поэтому следы от прохождения полусотни автомобилей незаметны. Если бы мы заранее сделали съемки дорог, то да, стало бы ясно. А так – не угадать.
– Так они ушли?
– Скорее всего, они укрылись в лесу и выжидают. Как доложили пилоты, участвовавшие в операции «Зеленая вишня», завидев самолеты, автомобили Меншикова съехали под деревья и стали совершенно незаметны. Эксперты предполагают использование каких-то средств маскировки. Так что им не составит труда укрыться в лесу в нескольких километрах от шоссе для воздушных наблюдателей.
– Думаешь, они раскусили наш план?
– Да. И если засели в лесу, то просто ждут, когда мы будем вынуждены отвести задействованные соединения. Вполне очевидно, что долго мы их там держать не сможем.
Вальтер Николаи встал из-за стола и медленно прошелся по кабинету. Остановился возле большой карты Германской Империи и долгих десять минут ее рассматривал. Все это время его заместитель стоял молча и терпеливо ждал. Наконец начальник военной разведки Германии спросил:
– Что мы знаем о целях Меншикова?
– Уничтожение мостов через Одер ставят нашу группу войск в Позене в очень сложное положение. В случае начала русского наступления, мы будем вынуждены отойти. Если успеем. Удар по штабам обеих армий расстроил их управление, и на текущий момент мы не вполне владеем ситуацией.
– Но русские не наступают. Так?
– Так.
– Почему? Ведь условия самые благоприятные.
Фридрих задумался, так же как и его начальник, зависнув разглядывая карту. Но уже через пару минут он произнес:
– Очевидно, для ответа недостаточно информации.
– Вот то-то и оно, что недостаточно. Мои люди в окружении Великого князя подтвердили достоверность плана операции. Именно то, что легло нам на стол, Меншиков и подал Главнокомандующему. Ни больше ни меньше.
– И с первых шагов начал его нарушать?
– Да, – кивнул Вальтер, повернувшись и пристально взглянув в глаза Фридриха. – Словно он знал, что этот план у нас.
– Но тогда получается… – начал говорить Гемпп, но осекся не в силах подобрать слова.
– Да, получается, что Главнокомандующий не знал настоящего плана операции. И мы его не знаем. Более того, до конца не понимаем, что движет Меншиковым. Он для нас – человек-загадка. Из безвестных бастардов он вышел в элиту русского общества. Стал зятем Императора и добился определенного влияния на него. Кое-кто из Романовых отвернулся от Меншикова, но большинство или никак не отреагировали на этот морганатический брак, или одобрили его. Год-два-три. И все утряс-лось бы. Он нашел себя в коммерческой среде. Патенты, музыка, кое-какие хозяйственные мероприятия. Ему не было никакого резона лезть в этот рейд. Зачем?
– Операция в Пиллау, – напомнил Фридрих.
