Бенджамин Дизраэли происходил из семьи сефардских евреев. Его дед в 1748 году эмигрировал из Италии в Англию, где сделал успешную карьеру биржевого маклера. Отец Исаак, известный писатель, рассорившись с общиной сефардской синагоги Лондона, решил крестить своих четверых детей.
В возрасте 17 лет Бенджамин был направлен в одну из юридических контор лондонского Сити, однако счел профессию юриста слишком банальной.
Он пытался заработать литературным трудом, но из этой затеи тоже ничего не вышло. И юноша отправился в 16-месячное путешествие по Средиземному морю и Ближнему Востоку. Это не только вдохновило его на создание новых романов, но и заложило основы будущего отношения к английской имперской политике.
Тогда-то он и решил, что его истинное призвание — это политика.
В 1835 году он стал членом партии тори, но даже когда партия тори пришла к власти после 11 лет в onпозиции, премьер-министр не предложил Дизраэли места в новом правительстве.
Все эти годы одни видели в Дизраэли авантюриста, другие рассматривали его, в лучшем случае, как эксцентрическую личность.
Тем не менее, когда в 1846 году после голода в Ирландии и правительственного кризиса премьер-министр объявил о намерении ввести принцип свободной торговли зерном и отменить хлебные законы, час Дизраэли пробил.
Тори находились у власти как правительство меньшинства в течение 10 месяцев в 1852 году и 18 месяцев в 1858–1859 годах. Премьер-министром был лорд Дерби, министром финансов — Бенджамин Дизраэли.
Но в начале 1868 года Дерби, измученный частыми приступами подагры, подал в отставку, и Дизраэли стал премьер-министром. Правда, занимал он этот пост недолго.
Его сместили либералы, нов 1873 и 1874 годах удача покинула и либералов. Впервые после 1841 года выборы принесли консерваторам большинство в палате общин. Премьерство Бенджамина Дизраэли продолжалось шесть лет, после чего он вернулся к литературной деятельности.
Бенджамин Дизраэли умер 19 апреля 1881 года, и королева Виктория лично возложила цветы на его могилу.
Итак, сохранивший еврейское самосознание Бенджамин Дизраэли сумел убедить Лайонеля Ротшильда баллотироваться в парламент. Кому же, спрашивал Дизраэли, как не самому выдающемуся еврею Англии, одержать победу в этой борьбе?
В принципе, еврей мог выдвинуть свою кандидатуру на выборах, но даже в случае победы не мог бы занять место в парламенте, поскольку обязан был выступить с торжественной декларацией «как глубоко верующий христианин», присягая на Библии.
Лайонель, известный своей щедрой благотворительностью, был избран, и палата общин приняла билль, разрешавший ему влиться в ряды своих членов. Но восстала палата лордов: если допустить евреев, британское правительство перестанет быть христианским. Место в парламенте, утверждал епископ Оксфордский, это не право, а знак доверия: разве евреи и теперь не являются чуждой расой?
