ДЖОН ЛАЙДОН: Я знаю, что мой отец гордился мной. Обо мне писали в газетах, и это было прикольно. Даже если он не вполне понимал происходящее, он просто мог задвинуть все в угол и сказать: «Это мой сын!» Друзья никогда не говорили ему ничего плохого обо мне, а он никогда не пытался провоцировать какие-то конфликты или драки. Однако если кто-то вдруг оскорблял его, то он мог запросто ударить этого человека кулаком в лицо. Ростом он был меньше меня. А большинство невысоких людей крайне темпераментно. За последние пару лет он стал еще более эмоциональным.
Моя мама поддерживала меня, как могла. Она нас всех очень любила. Забавно, но ей нравился Элис Купер, и она воспринимала его как комедийного актера в театре абсурда. Ей нравилась вся современная музыка любого направления. Как-то раз я взял ее на Гэри Глиттера, и ей все показалось фантастическим. Я покупал ей билеты на концерт, но заставить пойти своего старика я не мог. Гэри был очень любезен. Кто-то из его менеджмента заметил, как мы сидим в зале. Они взяли нас с собой за кулисы, затем – на дискотеку. Это было шикарно. Мы пили вино до четырех утра. Отец был сильно зол, когда мы пришли домой абсолютно пьяные. «Куда вы таскали мою жену? Вы, чертовы хулиганы, убирайтесь из дома!» Он был ревнив. Он не был в теме, но в то же время его гордость не позволяла ему пойти с нами и узнать об этом больше, потому что он не вписывался в обстановку и стеснялся известных и значимых людей.
Можно было наблюдать, как всякие новые актеры и телевизионные звезды приходили на наши концерты и пытались изображать из себя панков. Очень много завистливых звезд.
Одним из таких был Мик Джаггер. Он говорил, что Sex Pistols не умеют играть. Стыдно, Мик! Тогда группа Rolling Stones воспринималась как одна из самых хреновых музыкальных групп. А старый хрыч Джаггер пришел на наш концерт, тыкал на нас пальцем и говорил, какие мы мерзкие.
Rolling Stones тогда восторгались сами собой, как и все прочие коллективы из старых времен. Pistols являлись абсолютной угрозой для прекрасного мирка, который они построили для себя. Они пришли из таких любвеобильных и щедрых шестидесятых и позже превратились в мирских жадных бизнесменов, недовольных всем и вся. Многих из них можно назвать динозаврами – огромными, помпезными, пафосными, игравшими только перед большой аудиторией и только на опен-эйрах. Их музыка к тому времени стала очень далекой от всех. Внутри себя они превратились в маленькие королевские семьи. Они катались по всей стране и случайно могли помахать кому-нибудь рукой. Они покупали огромные дома, присоединялись к биржевым торговцам и отправляли своих детей в светские школы. Система. Видите? Система! Они стали ее частью.
КЭРОЛАЙН КУН: К середине семидесятых мы были крайне разочарованы тем, что делали лидеры рок-н-ролла. Они пожимали друг другу руки, как настоящие дипломаты, с королевским величием. Они превратились в английских джентльменов. Дерущиеся на улице люди не были такой трагедией, как Мик Джаггер за аристократическим столом. Новый Джаггер не имел никакого отношения к аристократии. У аристократов всегда за столом сидели клоуны. Это был прилизанный и припудренный рок-н-ролл.
ДЖОН ЛАЙДОН: По какой-то странной причине Элтон[57] воспринимался нормально. Он больше был как Клоун Коко, настолько безвредный, что его можно поставить рядом с Барри Манилоу. Элтон не притворялся тем, кем не был. Он просто жирный пончик, который играет на пианино.
Клифф Ричард – это вообще просто шутка. Он поносил меня многие годы, пока я был в Pistols. Он поддерживал мероприятие, которое называлось «Фестиваль Света». Это мероприятие, придуманное христианами, оно проводилось на Трафальгарской площади. Он пытался спасти мир от таких панков, как Джонни Роттен. Я помню, как его показывали в новостях. Меня потрясло, как можно ругаться напротив тысяч христиан. Но это было прикольно. Они жгли свечи в центре под большим жарким солнцем в воскресный полдень за Бога и человечество.
О, Боже! Дэвид Боуи упоминал Sex Pistols в одной из своих песен, что довольно странно. Ведь это человек, который вышвырнул меня из-за кулис. Это случилось на концерте Игги Попа в Кэмдэн Пэлэс в Лондоне. Я встречал Игги за год до этих событий. Он просто захотел, чтоб я ушел – фактически, чтобы меня выкинули. Он просто был за кулисами, что странно. Это был концерт Игги, но у мистера Боуи были персональные телохранители, которые захотели, чтобы меня там не было.
