– Будешь? – Мисс Бриджес слегка приподняла брови. – Ты хочешь работать на убийцу? А я-то решила, что ты так многословно уведомляешь о своем уходе.
Сьюзен ахнула, но быстро пришла в себя. Она глубоко вдохнула и кивнула.
– Что ж, хорошо. Уведомляю. Вот.
Мисс Бриджес уселась за стол и изящно налила себе чашку чая. Она помешала его, сделала крохотный глоток и посмотрела на Сьюзен поверх золоченого края чашки.
– Как же ты найдешь новое место без рекомендаций? – задумчиво осведомилась она, как будто ей только что пришла в голову эта мысль.
Роуз, Билл, Сара и миссис Джонс разом повернулись к Сьюзен.
Та удивленно моргнула.
– Без рекомендаций… – тихо повторила она.
– М-м-м. – Мисс Бриджес добавила себе в чай еще крошку сахара тоненькими щипцами. Затем она подняла глаза на старшую горничную, еле заметно улыбаясь.
Сьюзен сделала шаг к столу, умоляюще подняв руку. Затем она опустила глаза и тихо сказала:
– Мне нужно будет починить выходное кружевное платье мисс Изабеллы, мисс. Она порвала его в воскресенье.
Мисс Бриджес величественно кивнула и нахмурилась, увидев чаинку в своей чашке.
– Зайди потом ко мне за шелковыми нитками, Сьюзен, – только и сказала она.
Остаток утра все вели себя тише воды, ниже травы и занимались своими делами, почувствовав, что мисс Бриджес провела черту – теперь важно проявлять верность дому и не распускать языки, даже если очень хочется. Мисс Бриджес отправила Роуз убираться в кабинете, а когда та открыла рот, чтобы напомнить, что обычно это делает Сьюзен, так холодно на нее посмотрела, что девочка со стуком закрыла рот и пошла за более мягкими метелками для пыли.
До этого она лишь однажды была в кабинете – когда ее показывали мистеру Фаунтину в один из ее первых дней на новом месте.
Тогда, пребывая в священном ужасе, она успела рассмотреть только владельца комнаты да грязь на ковре.
Сейчас, закрывая за собой дверь, она восторженно втянула воздух. Здесь стоял чудесный аромат незнакомых специй, смешанных с будоражащей нервы мощью, силой, которой веяло от инструментов, висевших на стенах и стоявших на полках.
Она аккуратно положила метелки на стул и медленно огляделась. Волшебство было невидимым, но ощутимым – здесь его было много больше, чем в мастерской этажом выше. Оно разливалось и поблескивало вокруг диковинных машин, меняя цвета предметов – слишком быстро и в то же время слишком медленно, чтобы заметить, когда именно это произошло.
Целые потоки магии струились вокруг большого кресла с подголовником, стоявшего у окна. Ее сердце подскочило к горлу – на подлокотнике покоилась чья-то рука. Но ведь хозяин все еще во дворце? Мисс Бриджес не говорила, что он в кабинете – наоборот, велела воспользоваться случаем и принести из комнаты восточный ковер, чтобы его выбили.
Подумав, уж не грабитель ли это – хотя стал бы грабитель усаживаться? – Роуз подкралась ближе и обнаружила в кресле спящего мистера Фаунтина. Даже во сне его лицо оставалось нахмуренным, на коленях лежала газета.
И как только ему удалось пробраться домой незамеченным?
Роуз не сомневалась, что мисс Бриджес очень расстроится. У мистера Фаунтина были свои причуды, ему случалось самому открывать себе дверь ключом, что совершенно не приличествовало человеку с таким положением в обществе. Роуз догадывалась, что мисс Бриджес втайне желает управлять более многочисленным штатом прислуги: чердак, где спят она и Сьюзен, огромный, там полно пустых комнат. Дом Фаунтинов, очевидно, мог бы при необходимости вместить намного больше слуг, и в деньгах здесь не было недостатка, ведь хозяин мог в любой момент наколдовать еще. Хотя Роуз подозревала, что ему, вероятно, не дозволено это делать. Возможно, мистеру Фаунтину просто были не по нутру излишние церемонии. Хотя неплохо было бы иметь в доме дворецкого – он, казалось Роуз, придал бы дому иную атмосферу.
Роуз нерешительно посмотрела на волшебника. Его усы немного скособочились. Мистер Фаунтин держал в каждой комнате дома зеркало, чтобы всегда можно было убедиться, что усы лежат идеально, а когда он спал, они покоились в сеточке. Увидев, что половинка угольно-черных усов смялась о боковину кресла, Роуз ужасно расстроилась. Мистер Фаунтин выглядел почти человеком, а не полубогом, каковым его считали Роуз и домочадцы.
Роуз на цыпочках отошла, почувствовав, что так пристально смотреть неприлично. Она оглядела комнату, не зная, с чего начать. Пыль покрывала все приборы. Девочка знала, что письменный стол заколдован и обжигает любого, кто к нему прикоснется – она пробовала, и сейчас подумала, не будут ли делать то же самое хитроумные штуковины, стоявшие вдоль стен. Должно быть, Сьюзен терпеть не могла здесь убираться. Старшая горничная так презирает магию, а в этой комнате ее невозможно не заметить. Наверное, поэтому Сьюзен так плохо выполняла свою работу, великодушно решила было Роуз, но тут же признала, что старшая горничная халтурила безо всякого повода.
