– Проверяю, нет ли прослушки. Обычная предосторожность. Достаньте телефон и выключите.
Дивайн подчинился. Коул тем временем сказал:
– Сегодня все, буквально каждый, шпионят друг за другом с помощью гаджетов. Терпеть не могу электронные письма и мессенджеры. Стараюсь даже не звонить лишний раз, потому что никогда не знаешь, кто подслушает. Веду переговоры по старинке: в традиционном формате, лицом к лицу.
Они сели друг напротив друга в кожаные кресла.
– Итак, я подумал о нашем недавнем разговоре.
– Что решили?
– Сперва нужно увидеть, что у вас есть, прежде чем выкладывать карты.
Дивайн включил телефон и показал фотографии с видео.
– Что вы вообще там делали? – спросил Коул, качая головой.
– Решил посмотреть, где погибла Сара. Услышал вас.
– То есть вы не пытались поймать нас с поличным?
– Даже не собирался, – пожал плечами Дивайн.
– Но вы сделали фотографии и сняли видео.
– А вы – не стали бы?
Коул помолчал немного. Потом сказал:
– Что ж, давайте выложу карты. Вы убили Сару.
– Нет, не я.
– Выражусь иначе. Улик хватит, чтобы обвинить вас в убийстве и посадить до конца дней.
– Что за улики?
– Видеозапись, где видно, как вы входите в здание, и ваш пропуск, по которому вы поднялись на пятьдесят второй этаж в то самое время, когда ее убили.
– И то и другое легко подделать, вы сами признали. Почему вы до сих пор не передали улики в полицию? Вы говорили, надо сказать вам спасибо. За что?
– К сожалению, в тот вечер случился технический сбой.
Дивайн откинулся на спинку кресла.
– Знаете, мистер Коул, я в полном замешательстве. Из меня вышел бы идеальный козел отпущения. Фирма была бы ни при чем. На работу меня взяли исключительно ради льгот – как бывшего военного, не заметив, что у меня посттравматический синдром и съехали набекрень мозги. Полиция не стала бы вас трогать, все шишки достались бы мне. Так в чем ваша выгода?
– Я не собираюсь объяснять вам свои мотивы. Предлагаю обмен: вы отдаете мне содержимое телефона – и записи с камер и в журнале безопасности исчезнут. Что скажете?
– Как я могу быть уверен, что вы и впрямь все сотрете?
– А как мне быть уверенным, что вы не наделали копий и не храните их по укромным местам? Придется поверить друг другу на слово.
– Если так, зачем устраивать обмен?
– Ради взаимного гарантированного уничтожения. Есть такой термин. Вот что я предлагаю. У убийства нет срока давности. Если видео со мной и Дженн всплывет лет через десять, то все, что у меня есть, чудесным образом найдется и отправится прямиком в полицию. Вас посадят в Синг-Синг или другую тюрьму строжайшего режима. Все ясно?
– Почему вас так смущают фотографии и видео? Вы не женаты, Дженн взрослая, все происходило по обоюдному согласию.
– Репутация, Дивайн. Я глава крупного инвестиционного дома. Не хватало, чтобы мою личную жизнь полоскали во всех таблоидах. Клиентам такое не нравится. Они решат, что я слишком безрассуден или плохо обращаюсь с женщинами. Среди моих вкладчиков немало уважаемых дам. Я уже говорил вам, – добавил он со злым рыком, – включайте хоть иногда мозги.
– Ясно. Честный ответ.
– Итак, кто убил Сару?
– Понятия не имею. Скажите, у вас с Сарой тоже была интрижка, как с Дженнифер?
– Повторю: я не собираюсь перед вами отчитываться. Но у нас с Дженн… особые отношения.
Дивайн вспомнил их на столе и еле сдержал смех.
– А как же Мишель Монтгомери?
– Мишель нужна ради красивой картинки. Она прекрасно это знает. На нее приятно смотреть, она хороша в постели, но не более того. Дженн совсем другая. Она великолепна и очень умна.
Дивайн почувствовал раздражение: его злило, сколь равнодушно Коул отзывается о своей подружке. Он решил сменить тему.
– Сара делала аборт.
По лицу Коула было непонятно, знал он или нет.
– Ребенок точно не от меня, – сказал он.
– Почему вы так уверены?
– Для того чтобы сделать ребенка, нужно совершить определенные действия. Между мной и Сарой ничего не было. – Он выдержал паузу. – Хотя я предпринимал попытки. Сара напоминала мне Дженн. Тоже умная, красивая, но слишком холодная и неприступная. Она сводила меня с ума, однако я так и не смог ее заполучить.
«Ты и впрямь настоящий урод», – подумал Дивайн.
Коул допил бренди и встал.
– Ладно, мы закончили?
Дивайн тоже поднялся.
– Думаю, да.
– Прекрасно. А теперь вали на рабочее место и заработай мне немного денег.
Дивайн вышел из здания, собираясь на встречу с родителями Сары, как вдруг к нему подбежала Рэйчел Поттер.
Вид у журналистки был взбудораженный, она явно поджидала его, рассчитывая на скандал. Женщина неслась к нему с микрофоном наперевес. Оператор стоял позади и снимал все происходящее на камеру.
– Мистер Дивайн, я Рэйчел Поттер, Сорок четвертый канал новостей. Насколько знаю, вас допрашивали в связи с убийством Сары Юс. Не хотите дать комментарий?
– Нет.
Он демонстративно прошел мимо. Прохожие на улице зашептались.
Поттер устремилась за ним. Динамик у нее на талии покачивался при каждом движении.
