— Мадам Мерсил, — ей навстречу, отпуская рукой слуг, склонившихся в глубоком поклоне, вышел Киих. Высокий, черноволосый, он был на целую голову выше ее, но склонился в поклоне так же как и слуги.
— Ты склонился? Гордый Киих! — по надменному лицу женщины проскочила искра радости, но увидев как мужчина перед ней, выпрямляется, с маской спокойствия на лице, покачала головой.
— Я раб госпожа и свое место знаю. Мадам, прошу, пройдите в круглую залу, там вам подадут напитки и я смогу все рассказать.
— Вся столица гудит, о том, что произошло. Слуги шепчутся, что королеву подменили, — пыхтела женщина, обмахиваясь веером, но двигаясь за молодым человеком хоть и неохотно.
— Королева обошла кузнечные мастерские, под охраной конечно же. Потом выпила чаю и сейчас отдыхает, — Киих помог сесть мадам и налил в маленькую фарфоровую чашку персикового чая. Сидеть ему не разрешалось в присутствии женщины, пока она ему сама не разрешит, потому так и остался стоять перед ней, ожидая ее приказов.
А Мерсил сделала глоток и отставила чашку: — Я бы хотела встретиться с королевой, отправь слугу предупредить ее о моем визите.
— Моя королева отправилась почивать, устав от прогулки, потому сегодня она никого не принимает, — сказал с поклоном Киих, смотря как чернеет от злости такое красивое лицо мадам Мерсил.
— Разбаловала вас Мэлисента, будь я на ее месте, давно бы вас отправила на рудники, чтобы научились себя вести, — вспыхнула Мерсил и с шумом встала со стула. — Хорошо, я приду позже.
— Лучше мадам приходите завтра, — спокойно, глядя себе под ноги, сказал Киих, так и не сняв маску безразличия с лица. С каким же удовольствием он бы свернул эту тонкую шейку, чтобы почувствовать себя удовлетворенным. Но нельзя, женщин на этой земле осталось так мало, что любая из них считается даром богов. А богов, как известно никто злить не хочет. Даже забытых.
