Заявление я написала на эмоциях, и пусть мысленно обдумывала свой уход из больницы, сейчас к этому шагу была не совсем готова. Но Костик поставил меня в такое положение, что нет другого выхода. Я знала, каким он может быть въедливым, при желании найдет, во что ткнуть носом. Работал у нас один хирург, уже не помню, чьего протеже подсунули нашему главному, и тот определил его к нам. Так Костик почувствовал угрозу своему теплому месту и создал такие невыносимые условия работы, что хирург перевелся в другое отделение. Вот и мне не хотелось стать девочкой для битья на каждой планерке.
Но как же трудно расставаться с работой, которой жила столько лет! В душе все переворачивалось. Однако пришедшее вскоре на сотовый СМС от Костика не оставило сомнений.
Урод! Иных слов не было. Одумаюсь?! Да хрен ему! Злость придала решимости. Что ж, значит, так тому и быть. Я еще раз прошлась по всем своим пациентам, подбивая дела и оставляя в историях комментарии.
Чтобы никому ничего лишний раз не объяснять, вещи собирать не стала. Заберу, когда приду за трудовой. Уходила с работы с тяжелым сердцем. Настроение на нуле, но когда позвонил Миша и сказал, что ждет, постаралась ответить бодро. Правда, обмануть его получилось ненадолго. Он стоял у входа, и, когда преподнес мне розу, я лишь вымученно улыбнулась.
– Что стряслось?
– Не хочу об этом, – мотнула головой я.
Если по-хорошему, то мне было уже не до свиданий, и если бы за всеми делами я не забыла о нашей договоренности на вечер, то отменила бы встречу. Но Михаил приехал, и отказаться от ужина не позволила совесть. К тому же что мне делать дома? Сидеть и переживать увольнение? Уж лучше провести время в приятной компании.
Я взяла Мишу под руку, и мы неспешно пошли к стоянке.
– Поехали на моей? – предложил он, когда мы подошли к моей малышке.
– Нет, иначе у меня будет искушение напиться, и уже за руль не сяду, – честно призналась я.
– Так оставь здесь. Потом заберешь, я тебя отвезу.
Вся проблема заключалась в том, что я не знала, когда теперь появлюсь в родной больнице. Костик ясно дал понять, что завтра видеть меня не желает, и светиться возле работы не хотелось.
– Нет, давай все же я на своей за тобой, – отказалась я.
– По правилам хорошего тона дамы вперед, но мне будет безумно приятно, что за мной следуешь ты, – ввернул он.
Я улыбнулась и щелкнула сигнализацией. Открыла дверцу, и тут за мной притормозило темное авто, видимо, желающее припарковаться на мое место. Со стороны пассажира опустилось стекло, и сидящий мужчина крикнул мне:
– Эй, у вас шины спущены!
– Где?
Захлопнув дверцу, я посмотрела назад. Действительно. Заднее колесо. Да что за день такой?! Пассажир вышел и хмыкнул:
– И второе тоже.
Я стала обходить машину, когда вернулся Миша.
– Что случилось? – Он двигался ко мне с другой стороны.
– Да вот, колеса.
Я оторвала взгляд от спущенных шин, когда увидела, что на него замахнулся какой-то мужик.
– Миша, сзади! – успела крикнуть я, когда меня саму схватили и приложили тряпку к лицу.
Все случилось очень быстро. Я задергалась в захвате, стараясь не дышать. Миша уклонился, и удар пришелся вскользь. Он ответил. Краем глаза увидела, как машина, припаркованная сбоку, резко выехала и затормозила, перекрывая дорогу. Крик кинувшегося к нам прохожего:
– Вы что творите!
Меня неожиданно отпустили. Нападавший юркнул в машину, и она дала задний ход, зацепив припаркованный автомобиль. Несмотря на это, они развернулись, и уехали.
– Вы в порядке? – с легким иностранным акцентом спросил водитель, выскочивший из перекрывшего проезд авто. В этот момент прохожий заломил руку нападавшему на Мишу. Сам Михаил бросился ко мне.
– Роза, ты как?
– Не знаю.
На тряпке, похоже, был хлороформ, и чувствовала я себя как пьяная, в голове мутилось.
– У тебя кровь. – Я дотронулась до его рассеченной скулы.
– Ерунда, – отмахнулся Миша. – Черт, они разбили мою машину!
– Помощь нужна? – Акцент у водителя усилился и напоминал французский.
– Вы номер не запомнили? – спросила я.
– Нет. В грязи, – покачал он головой.
– А где второй нападавший? – опомнилась я, но ни его, ни прохожего было не видно. Как сквозь землю провалились.
Иностранец сел в машину, и она отъехала с дороги, опять паркуясь, мы же с Мишей пошли к его авто. Зад ему хорошо припечатали. Вызвали ГИБДД и сели ждать в машину, переваривая случившееся.
Странно, но первым приехал Богдан.
– Роза, пойдем, я провожу тебя, – настаивал Михаил.
– Сиди, вдруг ДПС приедет, и тебе еще побег с места аварии впаяют. Нормально я, видишь, воздухом дышу, – отказалась я от очередного предложения Миши отправиться к врачу.
Сидела, высунув нос в открытое окно. Тут только свежий воздух и сладкий чай помогут, а показываться нашим – плодить сплетни и пересуды. Хватит с них того, что уволилась внезапно. Чувствовала я себя неважно, вяло, но усиленно боролась со слабостью.
