– Разработчики ещё не вынесли свой суд, – со вкусом произнёс Валериан. – Что же касается меня… Я слышал речь вашего Максвелла Янга. – (Съезжает с темы, отметил Арлекин. Любопытненько). – Я чужд политике, но скажу как оратор об ораторе: доктору Янгу далеко до совершенства! Да, приятный, поставленный вокал. Да, умелая интонировка. Но стиль? Но композиция речи? Слабо, мой друг! И слабо весьма! Разве можно обрушить на слушателя столько тезисов и ни один толком не разжевать? Док Янг явно переоценил сообразительность своей аудитории. – Местоблюститель наслаждался каждым звуком собственной речи. – Я сам – говоря без ложной скромности – неглупый человек – и то не понял, зачем док Янг взорвал этот самый «Санторо». Зато понял другое: док Янг оправдывается, оправдывается неубедительно, и очень старается не выглядеть как оправдывающийся человек. Но нет! Боюсь, он не явил ожидаемого эффекта! – Валериан опрокинул в рот бутылку, жадно глотнул. – Хотя вы, конечно, пришли не ради досужей болтовни, о мой деловитый друг?
– Да, – сказал Арлекин, – и даже не для того, чтобы прощупать вашу позицию по войне. Скользкая у вас позиция, это я уже понял. Мне нужен садовник, – перешёл он к делу. – Для одного простого, но рискованного задания.
– Садовник? – гейммастер утробно рассмеялся. – Что-то раньше вы не выражались так фигурально, мой друг! Понадобилось кого-нибудь… выполоть? Подрезать? Пустить на компост?
– Для таких садовых работ мне ваша помощь не требуется, – Арлекин был и вправду не в настроении болтать. – Нужен настоящий садовник. Опытный и умелый. Чтобы предельно аккуратно выкопал редкое, дорогое и очень ядовитое растение. Настолько ядовитое, что честно предупреждаю – человек может с задания не вернуться.
Валериан устремил взгляд в потолок, задумчиво надул губы. Сейчас он явно прикидывал, какую бы цену заломить.
– Такая просьба выходит за рамки наших с вами обычных отношений, мой друг, – веско сказал он.
– Конечно. И будет оплачена отдельно.
– Хорошо, я уступлю моего садовника. – Тон Валериана перестал быть расслабленно-благодушным. – Его жалованье – триста редов в день. Отдадите через меня. Вы, наверное, знаете, что нашим людям запрещено брать в руки деньги от
– А вам можно? – ухмыльнулся Арлекин.
– Мне можно. Восьмым Читкодом я превращаю ложные деньги в истинные. Неужели для вас это новость?
– Ладно, триста так триста, – оперативник пожал плечами. – Но деньги после работы. И вы не получите ни гроша, если он сломает цветок.
Валериан нахмурился.
– Нет уж, половину попрошу вперёд. И если садовник погибнет, с вас – компенсация его семье. Десять тысяч.
– Тоже через вас отдать? – догадался Арлекин. – Просто из любопытства: какой у вас процент за это, как его, превращение?
– Излишнее любопытство – грех, о мой саркастичный друг. – Валериан нажал кнопку на столе. Вошёл ангельски красивый мальчик-алтарник и поклонился в пояс, даже не взглянув на Арлекина.
– Позови Игоря, – бросил мальчику гейммастер. – А вас, мой друг, попрошу отсчитать 150 красненьких.
Арлекин порылся в кармане, где всегда носил немного бумажных денег.
– У меня только юни. Но их вы, конечно, не возьмёте. Как насчёт энерго?
– Нет, – отрезал Валериан. – Только реды или на худой конец ахмади. И только наличные.
Арлекин рассмеялся.
– Вы же не дурак, Валериан – даже если действительно верите в свои волшебные коды. Неужели вы тоже думаете, что энерго рухнет?
Валериан своими водянистыми глазами поглядел на него очень пристально – наверное, прихожане под таким взглядом сразу валились на колени и каялись во всех грехах.
– Энерго, может, и не рухнет, – сказал Истиноучитель, – а вот ваша компания сегодня рухнет с весьма большой вероятностью. Вы-то ладно, сбежите, а вот мне придётся отвечать. Мол, скажите-ка, гейммастер, что за деньги перевёл на ваш счёт бандит Конти в самый день разгрома преступной шайки «Рианнон Биосервис тэ-эм»? За каждую циферку на счету мне придётся отвечать, мой опасный друг. Так что наличные – и никак иначе.
– Перед кем отвечать-то?
– Да что ж вы как ребёнок. Перед Новой Москвой.
– А, понятно. Значит, вы и на Новую Москву работаете. – Арлекин всегда это подозревал. Валериан когда-то сам напросился к нему в информаторы – и странно было бы думать, что к нему одному. – Знаете что? Заплачу я вам всё-таки после. Пусть не триста, а четыреста. А то как бы ваши новомосковские друзья не заявились ко мне посреди операции.
Валериан укоризненно покачал головой. Его полные губы снова сложились в добродушную улыбку сытого хищника.
– Ах, мой друг. Как все циники, вы так наивны в своём цинизме. Поверьте, не стоит мерить всех своей меркой. Не всё на свете сводится к доносам и шпионажу, нет!
– Это что, мораль? – Арлекин почувствовал раздражение. – Я хотя бы шпионю на одну контору, а не на две.
– На две? – Валериан расхохотался от всей души. – О мой наивный друг!.. – В дверь постучали. – А вот и наш садовник. Войди, Игорь.
– Зара! Зара! Ты уснула? – гудел в голове требовательный голос Либертины. – Быстро на ноги! Здесь через минуту будут «бульдоги» Арауна.
