— Что со мной не так? — потребовал он ответа у Брендана. — Почему все так смотрят?
— На корабле знают, что ты не совсем здоров, — Брендан помрачнел. — Особенно после этой ночи… Ничего, осталось недолго, — неуклюже попытался он утешить Саида. — Пойдём обедать.
Они пообедали в каюте, и больше Саид не просился гулять. Было слишком больно думать, что весь корабль смотрит на него как на сумасшедшего. Он сидел и смотрел в окно, но там тянулись всё те же поля, каналы, деревни, усадьбы, всё та же бесконечная лесополоса вдали… По Волге проплывали навстречу баржи с контейнерами, пролетал, прыгая по волнам, катерок, а то их обгонял прогулочный ривербот — на палубе играл оркестр, прохаживались нарядные господа и дамы. И всё это было так скучно, так скучно… Но ещё скучнее были разговоры Брендана, который, как и все эти пассажиры, смотрел на Саида как на больного и тоже ничего, ничего не понимал… Одно утешало и грело душу — мысль о звезде. О том, что ещё немного, и у него будет радио, и таинственное послание полетит к звезде, и тогда он вернётся домой, и всё станет как раньше, но лучше, лучше!..
Около середины дня они причалили к маленькой сельской пристани. Надпись над причалом гласила «Марпосад».
— Что ещё за стоянка не по расписанию? — удивился Брендан. — Пойду узнаю. — Он вышел, не забыв запереть дверь.
Саид смотрел в иллюминатор с тревогой: на пристани Марпосада ждал целый отряд здоровых мужиков, одетых в разные сочетания камуфляжа, брони и кожи. Все были увешаны разномастным оружием, и выглядели такими головорезами, что против них и Салман Красная Шапочка, известный в Рабате налётчик, показался бы сосунком. С ривербота сбросили сходни. Головорезы с грохотом потопали на борт. Один бородатый, с карабином чуть ли не в человеческий рост за спиной, прошагал прямо перед иллюминатором. Саид успел разглядеть татуировку на мощном бицепсе: сказочный зверь с двумя раскидистыми деревцами на голове… А следом шёл человек совсем не разбойничьего вида: немолодой мужчина в светлом летнем плащике с неприятно землистым, одутловатым лицом. Этот заглянул в иллюминатор, и Саид в испуге отшатнулся: мертвенно-тяжёлый взгляд был жутче любой бандитской физиономии. Непонятный страшный человек прошёл дальше, не останавливаясь.
— Говорят, это охранная фирма «Марийские Лоси», — сказал Брендан, возвращаясь в каюту. — Поедут с нами до Зелёного Моста.
— Охранная? Значит, не будут нас грабить? — Саид почувствовал некоторое облегчение.
— Уже ограбили. Стоимость охранных услуг включена в билет, — Брендан засмеялся нервным смешком. — Отсюда до Зелёного Моста идём через Марийский фронтир. Окраина Русии, опасный район, пираты и всё такое. Говорят, тут без охраны вообще ни один корабль не пройдёт…
Ривербот не стал задерживаться в Марпосаде — отчалил, как только последний наёмник взошёл на борт. Саид с новым любопытством приник к иллюминатору.
Вид изменился. Чем дальше они углублялись в Марийский фронтир, тем меньше походил на Русию здешний край. Возделанных земель становилось всё меньше, чахлые поля чередовались с пустошами, песками и болотами, и больше никакая лесополоса не защищала долину от пустыни. Деревни встречались всё реже, но выглядели почему-то богаче и капитальнее деревень центральной Русии. Каждая деревня жалась к укреплённой усадьбе — настоящей крепости: стены из бетонных блоков, пулемётные башни, колючая проволока. Ни над одной усадьбой Саид больше не видел флага Чебоксарской земли — только русский и местного владельца. Зато над каждым встречным кораблём теперь развевался флаг какой-нибудь «охранной фирмы», а на палубах стояли в небрежных позах наёмники с оружием. А может, и пираты… Как разобрать, охраняемый это корабль или захваченный? Саиду стало совсем стыдно за свой пугач, который он держал под подушкой. Зачем только тратил на него деньги? Вдруг из-за этого не хватит на радиопередачу для звезды?
Уже смеркалось, когда «Ветлуга» покинула фронтир, а с ним и Русию, и вступила в границы анархополиса Зелёный Мост.
Вид за окном опять изменился неузнаваемо.
Зара в нерешительности остановилась перед дверью каюты. Дверь была заперта снаружи. Разумеется, ничто не мешало отворить замок и войти — но Зара чувствовала неловкость.
Слишком смешанные чувства она испытывала к Гвинед Ллойд. Особенно сейчас, после покушения на Варгаса.
Как теперь с ней общаться? Как с арестованной преступницей? Как с предшественницей в должности прайм-админа? Как с сотрудницей по
Зара приказала двери открыться, подкрепив приказ капитанской сигиллой (каждый раз это доставляло ей такое же острое наслаждение, как впервые). Окрасила ауру дружелюбными радугами и шагнула в каюту.
Гвинед сидела на койке, скорчившись и уткнув голову в ладони. При виде Зары она судорожно вскочила, будто ждала чуть ли не смертной казни. Да тебя теперь саму лечить надо, подумала Зара. Куда делась вся твоя выдержка?
— Он жив?! — почти выкрикнула Гвинед.