«Я понимаю твои чувства, девочка. Но мы не можем жертвовать проектом ради одного человека. Эстевес — солдат. Умирать за Космофлот — её работа».
«Но предать её…»
«Да, предать. Это наша работа — предавать за Космофлот, — воображаемый голос отца потяжелел. — И отправлять на смерть за Космофлот. Ты — моя дочь. Ты — мои гены. Ты — моё продолжение. И ты будешь делать одно дело со мной, а если нет… Если ты отступишься — тебя для меня не существует».
Нет, папа, нет…
Да, моя девочка. Да — и никаких возражений.
Зара с ненавистью покосилась на Гвинед, и рианнонка как будто даже вздрогнула от этого взгляда.
— Почему вы на меня так смотрите?
— Жду, — прошипела Зара. — Жду, когда вы скажете, что проект важнее какой-то телохранительницы. Разве нет?
— Нет, — тусклым голосом сказала Гвинед. — Наоборот. Лучше отдайте меня.
— С чего вдруг такой альтруизм? — Зара удивлённо подняла бровь.
— Это эгоизм. Прежде всего я хочу понять, что творится в моём мозгу. — Гвинед напряжённо стиснула виски. — Получается, что там… во мне… есть что-то независимое от моей воли. Какая-то… субличность, что ли? И она получила и стёрла этот доклад, она поддержала заговор Арауна, она сыграла против меня… Я должна разобраться в этом. Отдайте меня Бюрократу. Пусть меня обследуют.
— Забудьте, — отрезала Зара. — Вас нельзя отдавать, и вы это знаете.
— Но я хочу понять…
— Вы работаете в проекте! Ваши желания не имеют никакого значения.
— Хотя бы на время! — в голосе Гвинед появились униженные нотки мольбы.
— Ни на секунду! Если тьюринг покопается в ваших мозгах, он узнает о проекте и сможет использовать это против нас. Нет, я вас не отдам — и никаких возражений.
— Значит, вы позволите убить вашу подругу?
— Да, я позволю её убить! — выкрикнула Зара. И, сама не выдержав своей резкости, добавила смягчающе: — Если не получится по-другому. Я обдумываю варианты. Заткнитесь и не мешайте мне.
<p>Венера. Диалог</p>— Ты звал меня, Макс?
— Да, Лавиния. Прочти. Это письмо от Зары.
………
— Великие Древние, какой ужас. Бедная девочка. Какой кошмар.
— «Бедная девочка»? И это всё?
— А что ещё я должна чувствовать, когда наша дочь…
— Наша дочь сама это устроила! Сама! Я в бешенстве. Зара провалила всё что могла. Напрасно я поручил ей миссию. Я ошибся, ты была права.
— Да. Я была права. Ты не должен был рисковать ей.
— Я рисковал не ей. И с ней-то всё в порядке, она жива, здорова и на свободе. Я рисковал проектом, Венерой, Космофлотом, я рисковал будущим человечества…
— Хватит, Макс! Ты не в эфире.
— Будущим человечества! Ты хоть поняла, что произошло? «Уроборос» выпустил на свободу аквилианский вирус!
— Да ну?
— А как ещё объяснить бунт тьюринга? Ясно, что он заражён и контролируется враждебной программой. Зара допустила эту утечку! А запись её признаний — на Луне! Скоро вся Солсистема будет знать о проекте. И это тоже из-за неё! А убийство всей рианнонской администрации? Это катастрофа для нас, Лавиния. Это полная и окончательная катастрофа.
— Стоп, Макс. Без паники. Соберись. Думай.
— Да, спасибо, дорогая. Я уже спокоен.
………
— Я вижу у проблемы четыре аспекта. Что делать с рианнонским тьюрингом. Что делать с чёрным цветком на Земле. Что делать с Фламмарионом. И что делать с Зарой.
— Чёрный цветок… Разве он не у наших людей?
— Нет, он пропал. Цветок где-то в Новой Москве, но где точно — никто не знает.
— Его уже пора уничтожать?
— Пожалуй.
— Тогда придётся бить по площадям.
