— Я поняла, — сухо оборвала его Марла, отчего искры, бегающие по молоту стали ярче, когда мужчина, нахмурив брови, посмотрел на неё. — Твоё время вышло, Волк, — холодно продолжила она. — Сегодня ты спишь, и только твоё холодное дыхание возвращается из года в год. Ты здесь только потому, что кому-то снишься.
Ласка резко вдохнул, совсем не уверенный в том, стоит ли злись того, кто считает себя богом. И кто, возможно, действительно им является.
На мгновение показалось, что мужчина вот-вот поднимет молот против Марлы, но потом он лишь рассмеялся и покачал головой.
— Я и забыл, что он всегда выбирает того, кто следует по его пути. Он всегда был умным… но он не рассказал тебе всего.
— А он должен? — язвительно спросила Марла. — То, что мне необходимо знать, он говорит мне.
— Ещё несколько лет назад твои слова оказались бы правдой, — весело ответил бог. — Но совсем недавно один проклятый покусился на меня, и я пробудился. То, что я проснулся не до конца, вы обязаны этому генералу Копья. Хотя он протопал по моей постели, как легион!
— Как это? — спросил Ласка, прежде чем успел обуздать своё любопытство.
— Он оказал мне услугу, бросив того проклятого в поток миров. Что касается тебя, жрица, то сейчас время конфликта между богами, ты уже забыла?
— Мы торопимся, Волк, — отозвалась Марла. — Между нами нет конфликта. Так почему же ты преграждаешь нам путь?
— Ты единственная из слуг своего господина, к кому это относится, — ответил блондин. — И всё же я не передумаю, ты здесь не пройдешь.
— Я следую воле своего господина, — невозмутимо ответила она. — Если вы хотите развязать с ним вражду…
— Кто сказал, что я этого хочу? — перебил её бог. — Он хочет, чтобы я оказал ему услугу. Так и быть, взамен ты сослужишь мне службу, тогда сможете пройти. — Он наклонил голову и посмотрел на жрицу Безымянного сверкающими жёлтыми глазами. — Две услуги, — добавил он. — Одна из них — это проявление уважения, которого я заслуживаю.
— Простите, — быстро сказала Марла. — Я считала вас лишь персонажем сна.
— И всё ещё так думаешь, — заявил мужчина, покачав головой. Когда он продолжил, в его голосе прозвучало презрение. — Я формирую мир своим дыханием, маленькая жрица. Если ты хочешь, чтобы я полностью пробудился и покрыл мир своим дыханием, похоронив раздоры и разногласия людей под ледяным панцирем, то только брось мне вызов.
Когда он заговорил, в его голосе зазвучало эхо, заставившее Ласку вздрогнуть. Мороз также покрыл пещеру вокруг них, а дыхание лошадей превратилось в пар. Каким бы толстым не было его новое пальто, оно всё же не смогло уберечь Ласку от холода, который усиливался с каждым мгновением. Теперь даже бока лошадей начали покрываться паром, когда иней задерживался на их горячих телах. — Твоему хозяину лучше не злить меня, — прорычал Снежный Волк. — Возможно, ему ещё понадобится моя помощь!
— Простите, — снова попросила Марла. — Я буду стараться изо всех сил. Только никто не может быть рабом двух господ! Ни одному из них он не будет служить хорошо.
— Я хочу от тебя всего одну услугу, человек! — сердито прорычал Волк. — Мне не нужно твоё поклонение! Только то, что лежит в твоей седельной сумке! Кое с кем уже давно приключилась беда, и мне нужно, чтобы ты это исправила!
— Хорошо, старый Волк, — тихо сказала Марла. — Чего вы от меня хотите?
Холод исчез так же внезапно, как и появился.
— Сразу бы так! — сказал он, улыбаясь. — Ты выбрал себе упрямую волчицу, — продолжил он, глядя на Ласку.
— Больше подходит слово постоянная, старый Волк, — исправила Марла. — Так в чём же дело?
— Эльфы считают, что у них нет души, — начал старый Волк. — Они думают, что обладают первобытной эссенцией, которая их определяет. Эта эссенция была дана им их Великим деревом, и вернётся к нему обратно. — Он покачал головой. — Я не понимаю, что они получают от поклонения дереву, оно просто стоит и растёт. Но некоторые эльфы когда-то служили и мне. Из них осталась лишь одна, и она заперта в этом сне. — Он повернулся к крепости. — Посмотрите, — тихо сказал он. — Сейчас начнётся.
В крепости раздался сигнал тревоги, зазвонили колокола, зашевелился свет далеких факелов, и в это же время разводной мост начал подниматься. Грохот грома разнёс тяжелые ворота, и женщина прыгнула на поднимающийся край моста, как стройная белая тень.
В одной руке она держала тонкий чёрный меч, который теперь упал в пропасть, когда она, на глазах у Ласки, превратилась в волка. Будучи только что человеком, на другой стороне ущелья она уже приземлилось на четыре лапы. Но не успела она собраться с силами, как за ней прыгнул другой человек. Если для волка прыжок был слишком велик, то человеку вообще не стоило его делать, и всё же человек в синей мантии прыгнул ещё дальше, преградив ей путь.
