Но на этом их сходство кончалось. Розалинда выросла в любви – Кит в страхе. Ее учили быть с людьми – он же выбрал одиночество как убежище oт боли. Она всегда восхищалась своим отцом, который своей безусловной любовью воспитывал в ней самоуважение. Кит же лишь ненавидел и боялся своего отца.
Сможет ли Роз изменить мужа? Да, сможет.
Величественные мелодии органа наполнили маленькую церковь. Филипп, одетый в новый камзол вел ее к алтарю. Рука Филиппа согревала ее, она подняла к нему лицо, и его синие глаза успокоили ее. Кит стоял у алтаря рядом с мужчиной в сером камзоле, в котором она узнала Курта Филипса, капитана, предлагавшего ей «Ворон» в Западном Лалуорте. Значит, он с самого начала работал на Кита. Она чуть рассердилась, но туг же успокоилась, поняв, что Кит заботился о ней.
Они прошли последнюю церковную скамью. Священник ждал у алтаря. Кит стоял в нескольки шагах от нее. Ему полагалось бы идти к ней навстречу, но он стоял неподвижно, словно камень из портландской каменоломни возле Лалуорта. Розалинда отпустила руку Филиппа и сама пошла к жениху. Видно, такова ее судьба – всегда делать первый шаг к нему, подавляя свою гордость. Если она и рискует своим будущим, то радостно и охотно. Роз доверчиво взяла Кита за руку.
Лицо его скривилось, и она испугалась, ощутив страх Кита. Но он тут же надел на себя маску самообладания и повел ее к священнику.
Произнесли обеты, команда «Смельчака» прокричала громкое «ура!», и Кит повел новоиспеченную графиню Уинфорд к выходу.
Вдруг перед ними предстал высокий сорокалетний красавец с голубыми глазами и каштановыми волосами и галантно поцеловал Розалинде руку. Увидев Филиппа, преклонившего колено перед принцем, она с благоговением и благодарностью поняла, что на ее скромной свадебной церемонии присутствовал Вильгельм фон Нассау, принц Оранский. Неудивительно, что подданные так любили его, ибо глаза его, обращенные к Розалинде, излучали тепло.
– Ваше высочество, какая честь! – Она сделала глубокий реверанс, Кит поклонился, и принц протянул руку Филиппу.
– Для меня честь быть здесь. – Он с восхищением смотрел на невесту.
Розалинда смущенно покраснела в ответ:
– Согласится ли ваше высочество оказать нам честь, отобедав с нами на «Смельчаке»? Мы можем предложить лишь скромное гостеприимство, но то, что у нас есть, все ваше.
– Я с удовольствием приму ваше приглашение. Завтра же, – принц кивнул Филиппу, – мы займемся делом.
Розалинда храбро выступила вперед:
– Вы позволите нам помочь вам? Мы сделаем все, что в наших силах, в благодарность за преданность графа де Монморанси.
Они вернулись на «Смельчак». Вечер был необычайно красив: луна освещала чернильно-черное небо с сияющими звездами над огромной бухтой Зудер Зее. Во время пира на корабле моряки устроили фейерверк.
Потом Кит отнес жену в каюту, где они долго и не спеша предавались любви, услаждая друг друга, как им никогда и не снилось. Розалинда уснула, усталая и счастливая. «Чаша» и месть Тренчарду подождут.
Утром она открыла глаза и сразу почувствовала на правой руке тяжелое золотое кольцо. Она – жена.
И все сомнения теперь остались в прошлом.
Роз тихо встала, стараясь не разбудить Кита и натянула купленную им шелковую ночную рубашку, в которой почувствовала себя колдуньей. Задумчиво она села за стол, раскрыла зашифрованное донесение испанцев и вскоре углубилась в цифры, забыв обо всем остальном. Бессмысленные цифры, в которых должен быть какой-то смысл: один, шесть, один. Два, восемь, один. Три, три, четыре, два.
Роз задумалась. Может быть, помолиться, и Бог раскроет ей ответ. Странно, что она молится по-английски, а Филипп, которого она как-то вечером застала за молитвой, – по-латыни, но Бог слышит их обоих. Они оба молились об одном и том же и благополучно приплыли в Голландию. А испанцы тоже молятся по-латыни, как Филипп. И этот противный герцог Альба, наверное, читает ту же Библию. А что общего между ним и Филиппом? Значит, общая религия не помогает людям понять друг друга.
Внезапно Розалинда судорожно схватила перо. Вот оно! Латынь. Молитвы. Надо спросить Филиппа…
Слава Богу, Роз легко нашла Филиппа: как она и думала, он вернулся на «Надежду» для беседы с принцем. Оба очень удивились, когда девушка вошла к ним в каюту в сопровождении дозорного. Филипп так просто решил, что она сошла с ума, когда попросила у него Библию на латыни. Впрочем, Библию он дал и велел проводить Роз на «Смельчак».
Она подрезала фитиль свечи и зажгла ее перед раскрытой книгой. Вот донесение, вот первое число – она нашла его в книге…
– Розалинда, еще ночь. Что ты делаешь? – проворчал проснувшийся Кит. – Ты спала не больше четырех часов.
– Ничего, – сухо ответила она, не поворачиваясь.
Вот так. Придется встать, чтобы посмотреть что делает жена, побранить ее и отвести в постель. В каюте было прохладно и стоял аромат весенних роз.
Эти духи Кит купил Розалинде в день свадьбы. Такими всегда душилась его мать.
Он нашел их в маленькой голландской аптеке и не смог устоять. Эта женщина родила Кита, из-за нее умерли все его чувства, и о ней он думал, венчаясь с другой женщиной.
