— Чувствую, что ничего хорошего от этих балов ждать не приходится. К тому же… у тебя нет выходного платья.
Роза покраснела еще больше. Гретта, сощурив глаза, взглянула на дочь, потом поднялась и вышла из комнаты. Девушка молча ждала возвращения матери. С кухни раздались едва слышные хлопки дверец шкафчиков, и вскоре женщина вернулась с небольшим мешочком, в котором, верно, находилась некоторая сумма.
— Вот, держи, — протянула она мешочек Розе. — На платье, туфли, может еще и на шляпку останется, — женщина устало улыбнулась.
Девушка, не веря своему счастью, раскраснелась и крепко обняла мать. Та усмехнулась и погладила дочь по голове. Роза радостно поцеловала ее и, распахнув дверь, немедленно отправилась на рынок.
Побродив некоторое время по шумному рынку, Роза поняла, что ни туфли, ни платье ей не светят. Большинство прилавков уже были пусты, в преддверии бала все было распродано. Те немногие платья, что жаловали богатые дамы торговцам, можно сказать, с руками отрывали. К тому же не такая уж у Розы была большая сумма. Подойдя к очередному прилавку, Роза поинтересовалась, не осталось ли чего. Торговец оценивающе окинул девушку взглядом и ответил:
— Тебе не хватит денег даже на брошку, какое там платье, ещё и туфли!
— Почему не хватит?! — обиженно воскликнула Роза и бросила на прилавок мешочек с монетами. — Должно быть достаточно на платье и на туфли… — осмелев, она добавила, — Ещё и на шляпку останется! — её совсем за два года протёрлась и износилась.
Тот, сделав кривое лицо, взвесил в волосатой руке деньги и цокнул:
— Могу платье продать, сейчас посмотрю, где-то завалялось одно… — он нагнулся, кряхтя, и стал рыться в сумках.
Спустя какое-то время он с шумом положил на прилавок платье. От платья сразу поднялись облачка пыли, Роза прикрыла рот и негромко чихнула. Платье было темно-сиреневое из дешёвого материала с огромным воланом на груди и длинными рукавами, заканчивающимися увесистыми манжетами. Оно было очень велико для Розы, даже без примерки, а по фасону больше соответствовало пятидесятилетней леди, чем девушке.
— О Бог мой, как же я пойду в таком платье? — в ужасе подумала Роза, а вслух спросила, — скажите, нет ли у Вас другого платья?
Тот усмехнулся полубеззубым ртом:
— Нет, бери или это, или уходи.
— Ладно, — вздохнула Роза. — Я его беру. Туфли у Вас есть?
— Есть! Только денег у тебя на одно платье, ясно? Нечего глазами-то блымбать, забирай и уходи! Я закрываюсь! — и торговец, бесцеремонно впихнув Розе в руки платье, начал погружать сумки с товаром в свою повозку. Роза мельком увидела, что из сумок выглядывает несколько чудесных платьев её размера.
С поникшей головой, Роза поплелась прочь от прилавка по пыльному рынку. Небо уже начало розоветь: близился вечер.
— Вот и закат уже скоро. И как я пойду? — она села на подмостки незнакомого большого дома и уронила голову на руки. Девушка была в полном отчаянии.
— Эй! — вдруг услышала голос Роза и подняла голову. Посмотрев по сторонам, она поняла, что кроме неё больше здесь звать некого: улица была пустынна. Девушка не поняла, кто её звал, пока не подняла голову вверх и не увидела над собой парящую в воздухе Чарли.
— Здравствуй, — поприветствовала её Роза вежливо, но без особого энтузиазма.
— Ты что, не идёшь на бал?
Роза горько усмехнулась.
— Да как же я пойду? Ни туфлей нет, ни платья, про ожерелье и перчатки и говорить нечего! А платье, — встала она, — взгляни на него! — протянула девушка вперёд покупку. — Даже моя покойная бабушка не надела бы его! Я никуда не иду, — она опустилась назад на подмостки.
— Ха! Тоже мне проблема! — захохотала Чарли. — Вот, вот и вот, — защёлкала она пальцами, и Роза почувствовала, как на её голове появилась шляпка, на руках — перчатки, на шее — ожерелье. — Так… Какой у тебя размер? Тридцать седьмой, наверное?
— Размер? — изумилась Роза. О числовых размерах обуви никто и слыхом не слыхивал.
Чарли снова щёлкнула пальцами, и Роза почувствовала на своих ногах мягкие туфли. Приподняв полы платья, она увидела, как её ноги украшают красивые белые туфли с атласной лентой по краю.
— Нравятся? — поинтересовалась, улыбаясь Чарли, похоже заведомо зная ответ.
— Ты ещё спрашиваешь? Милее в жизни туфлей не видела и не носила! Какие удобные! — прошлась она перед домом, на подмостках которого сидела.
— То ли ещё будет! Давай сюда своё платье!
Роза протянула ей купленное. Чарли подняла платье в воздух без помощи рук и стала его вертеть. Практически все жители разошлись по домам, готовясь к балу, и хорошо, а то бы это вертящееся платье в воздухе вызвало бы у них настоящий шок.
— А тебя видит кто-нибудь кроме меня? — спросила она.
— Если захочу — увидят, не захочу — не увидят! — беспечно ответила Чарли, плавая в воздухе.
— Это как?
— Так, давай прямо на тебе его и изменим!
Через секунду на Розе было это платье. Оно висело на ней как мешок, и все эти рюши нелепо свисали по всему платью и портили вид.
— Видишь? — обезнадёжено сказала Роза.
— Да-а уж. Кто тебе продал его? — летая вокруг девушки, спросила Чарли.
— Какой-то торговец с огромными усами.
