Картер так злобно взглянула на него, что он решил замолчать.
— Мне…мне просто стыдно за то, что ты — мой брат! — её голос начал дрожать от гнева и слез.
— Милая, тише, не плачь, все будет в порядке, — начала успокаивать её женщина, которую за ней выслали. На вид ей было сорок, у неё был цветной ободок, украшающий пушистые русые волосы и большие сережки с непонятными синими камнями: прямо настоящая колдунья. Она взяла Селесту за плечи, но та сразу же вырвалась.
— Почему все так, Кристиан, почему?! Почему ты стал таким, почему тебе вечно надо что-то испортить?
— Если я и залечу за решетку, это будут мои проблемы. Ты же будешь жить своей жизнью, так почему тебя это вообще должно волновать?
— Дети, прошу вас, не ругайтесь, — все же решил на свой страх и риск встрять Евандер, — Пока что ничего не произошло, не стоит разводить панику раньше времени.
Они замолчали, но продолжали с ненавистью в глазах смотреть друг на друга. Раньше Кристиан терпел её, затем полностью закрыл глаза на её существование, но сейчас ему просто хотелось посильнее замахнуться и ударить её. Не сделал он этого лишь из моральных убеждений.
Возможно, Селеста сейчас думала о том же, но держала себя в руках только для того, чтобы не испортить итак плохое впечатление.
— Кристиан сказал мне, что вы — Паскуали? — решил уточнить Евандер у Селесты.
— Наша мама носила эту фамилию, но потом вышла замуж. Я Картер.
— Ну, а я — Паскуаль.
Евандер переглянулся с женщиной, которая довела Селесту до лагеря, после чего сочтел нужным представить её.
— Это — Элиза Вронская, она также, как и ваша мать, вышла замуж, но все ещё интересуется делами нашего, так скажем, небольшого рода.
— Вашу мать случайно звали не Бэлла? — спросила она у детей.
Они помотали головами, после чего настроение Элизы упало.
— Жаль, — сказала она, — Евандер, ты проведешь экскурсию сам?
— Конечно, можешь идти. Ну, а вы — за мной, вещи можете оставить тут, потом за ними вернётесь.
Они начали подниматься на второй этаж. Этот «лагерь» выглядел даже слишком хорошо для здания, в котором редко кто находится: обои были свежими, почти нигде не содранными, на полу расстелены старые ковры, двери и мебель хоть и были древними, но в рабочем состоянии. Тут также висело несколько картин, многие из которых принадлежали Марку Хелианзусу.
— Элиза потеряла свою сестру в детстве и никак не может её найти, — шепотом сказал им Евандер.
— А куда мы идём? — спросила Селеста.
— Сейчас все узнаешь.
Они завернули налево и начали идти в самый конец коридора. Тут, скорее всего, было очень много комнат. Интересно, сколько лет этому зданию и кому оно вообще принадлежало?
Евандер открыл последнюю комнату и поманил детей к себе.
Внутри она была очень маленькой, лишь много картин на стенах, стол с чернильницей и большая книга на нем.
— Вот здесь, — он дотронулся до книги, — Хранится вся ваша родословная.
Селеста и Кристиан лишь разинули рты. Вот оно, наконец-то!
Евандер положил свою руку на неё и она магическим образом открылась и оказалась в самом начале.
Над ней показалась пара хербу и человека.
— Все началось с того, что один Хелианзус решил выйти замуж за обычного человека, Вильде Паскуаль, но та решила оставить фамилию, чтобы прославить себя, а не мужа. Хоть у них ничего и не вышло, дети, которых Вильде оставила себе, носили эту фамилию и начали этот род.
Кристиан начал рассматривать их шестерых детей, а потом и их детей, которые начали появляться внизу, когда Евандер листал книгу.
— Это что, Марк Хелианзус? — спросил Кристиан, указав пальцем на знакомое лицо.
— Да, тот самый знаменитый художник, от человека у него, скорее всего, лишь небольшое пятно, и то история это умалчивает, как и его принадлежность к Паскуалям.
«И не только это», — подумал Кристиан.
— Ну, тут на самом деле много чего, но я отмотаю сразу к вашему рождению, никто не против?
Они не возражали, поэтому он начал усердно листать в самое начало. По тому, как быстро он перелистывал, было видно, как же сильно разросталось это дерево, причем у каждого, кто не умер в раннем детстве, была фотография или портрет. Интересно, а есть ли у них что-то?
Когда он долистал до самого конца, там были только имена тех, кто родился год или три назад, поэтому он отлистал немного назад.
У них тоже были фотографии, причем совсем новые, а под ними их имена и дата рождения.
— Эта магическая книга сумела узнать, как мы выглядим? — удивилась Селеста.
— Фото обновляются раз в пять лет, конечно смогла, она же магическая.
— Поразительно…
Вверху было фото их матери и отца, а ещё выше — их дедушка и бабушка, которых они так и не смогли увидеть.
Под ними стояла дата их смерти — 1982 год, у обоих, и один и тот же день.
— Что произошло с бабушкой и дедушкой? — спросил Кристиан.
— Ох, это грустная история, их убили в собственном доме их же соседи. Им, конечно, дали срок, но вот ваша мать…
— Что с ней случилось?
— Говорят, её переклинило. Я же моложе её на немного, поэтому понятия не имею, это надо у стариков спрашивать. Ну ничего, скоро все сюда съедутся, чтобы отпраздновать Новый год, будет шанс спросить.
