«Всё хорошо, я в безопасности, всё будет отлично!» — успокаивала я себя, хотя мужества во мне как-то не прибавлялось. Вот я уже была на середине пути, как вдруг услышала шаги за спиной. Оглянувшись, я рассмотрела силуэт человека, лица которого не было видно. Ускорив шаг, я поняла, что-то же самое делает и мой преследователь. Я побежала, забыв про то, что в любой ситуации нельзя паниковать. Наверное, именно паника двигала мной сейчас, и поэтому я бежала куда-то глубже в лес, не разбирая дороги.
«Господи, только бы обошлось!» — думала я, понимая, что преследователь уже близко. Все мои мольбы были напрасны, потому как я почувствовала, как чья-то рука закрыла мой рот, но до этого я успела издать вопль, надеясь, что кто-то меня услышит. Немного брыкнувшись, я поняла, что к горлу подставлено острое лезвие.
— Будешь себя тихо вести — не порежу, — раздался противный голос совсем над ухом, и я поморщилась от противного запаха, исходящего от кого-то, стоящего за спиной.
Я почувствовала, как чья-то рука заскользила по моему бедру, оставляя неприятный осадок в памяти. Зажмурившись, я приготовилась к худшему. Удрать я не могла, потому как лезвие в любой момент могло проехаться по моей артерии, и я лишилась бы чего-то более ценного. Слеза скатилась по щеке и мои лёгкие начали работать беспорядочно и часто, захлёбываясь от истерики. Я не надеялась, что в тёмном лесу кто-то найдёт меня и спасёт, я просто думала, что если переживу это, не смогу смотреть в глаза многим людям. И я действительно не виновата в том, что оказалась в не то время, в не том месте. Я просто неправильно себя повела.
Больше всего я не хотела, чтобы Влад узнал об этом. Не знаю почему, но мне очень не хотелось этого. Возможно, не так уж я его и ненавидела, если волновалась об этом.
А преступник времени не терял, что-то противно шепча мне на ухо, и всё ещё распуская свои руки.
— Эй ты, педофил, а ну убрал свои грязные руки от неё! — до боли — да-да, именно до неё — знакомый голос пронёсся сзади.
— Ну и что же ты мне сделаешь, мальчишка? — усмехнулся некто, и ещё сильнее прижал нож к моему горлу. Я нервно сглотнула.
— Хм, ну например, это, — с этими словами резким движением Влад выбил из рук преступника нож, после чего ловко скрутил его. Гневно взглянув на меня, он начал разрешать эту большую проблему.
В общем, пока мы вызывали полицию, и я бегала к Насте, прошёл целый час. Конечно, мои родители заволновались и приехали за нами. Настя бегала вокруг меня и причитала, а мне было все равно. Я, пережив ужас, стала безразличной ко всему. И к тому, что мне кричал Влад, тряся за плечи, и как плакала мама. Я просто подумала, что бы могло бы быть, если бы он не спас меня. Меня везли домой, а я всё ещё размышляла над всей этой кутерьмой. Слишком впечатлительная. Так, наверное, нужно это назвать. Ну, ещё бы. Не каждый день до тебя кто-то в лесу с ножом домогается…
— Ника! — ко мне с криком вынеслась крёстная, тоже переволновавшаяся за всё это время. — Да у тебя кровь! — все уставились на меня. И правда, проведя рукой по своей шее, я заметила, что на ладони остались алые полосы. Совсем немного, но этого хватило, чтобы паника у всех выросла до критических пределов. Скорее всего, когда Влад выбивал нож из рук преступника, он успел полоснуть меня, чуть-чуть задев.
— Это всё ты виноват! Почему не защитил её, как следует? — мать отчитывала своего непутёвого сынка, который округлил глаза от удивления.
— Он… он не виноват. Всё хорошо. Если бы Влад не подоспел вовремя, я… — я не закончила, потому как никто этого не хотел. Влада признали невиновным, а я поплелась к себе в комнату, попутно бросив спасителю «спасибо», на что тот только нахмурился. В общем-то, первый день моего приезда прошёл слишком насыщенно. Как только я легла в кровать, сразу же провалилась в долгий сон.
***
Небо. Такое красивое и голубое. Я вижу его перед собой. Рядом тоже кто-то есть. Он тоже смотрит на облака, прозрачные и лёгкие. Я такая маленькая, всего лишь ребёнок. Посреди высокой травы нас никто не видит. Насыщенный запах сена дурманит разум. Настолько хорошо вот так лежать под пристальным взглядом солнечных лучей, что хочется смеяться.
— Тебе нравится небо? — голос звучит справа от меня. Совсем детский, чистый, уверенный.
— Да, очень! Кажется, можно дотянутся до него! — протягиваю свою детскую ручку вверх, касаясь прозрачности.
— Как думаешь, видит ли оно нас? — всё тот же голос. Он знаком мне. Я рада, рада слышать его.
— Мама говорит, что на небесах Бог, он всё видит, значит и небо всё видит, — я немного смущена, не часто мне задают такие вопросы.
— Тогда обещай мне, что никогда не забудешь, что я сейчас скажу тебе, — немного приглушённый голос, доносящийся рядом. Я не вижу его лица. Но я чувствую на своей руке ещё чью-то. Я улыбаюсь — никогда-никогда не забуду!
— Может, я не скажу этого больше никогда, но хочу, чтобы небо запомнило, — он немного помолчал, — иногда просто не обращай внимания на меня, если скажу какую-то глупость. Просто иди к тому, чего ты желаешь. Не слушай никого!