Перевожу взгляд на лекаря. Тот молча пьёт тёмный настой. Он устал, и надо бы отдохнуть, а тут припёрся этот варвар…
– Сьере Долма, наш корпус выдвигается к Кыхту. Император поручил нам захватить город, после чего служба фиорийцев закончится, и мы вернёмся домой.
Старик ёжится. Ему непонятно, почему я сообщаю ему такие сведения. Дело лекаря – лечить, а не воевать… Но тут до него доходит:
– Вас посылают штурмовать Кыхт? Одних?
– Разумеется, сьере Долма.
– Ах…
Служанка пугается, испуганно прикрывая рот рукой, кружка заходила ходуном в кисти лекаря. Он торопливо бормочет:
– Значит, это смерть…
– Это смерть жителей Кыхта. Нас слишком мало, и мы будем вынуждены уничтожить всех.
– Сколько людей умрёт ради кучки амбиций…
– Такова жизнь, сьере Долма. И не нам играть с судьбой. Но я пришёл не поэтому. У вас чудесная внучка. И вырастет красавицей. Если вырастет…
– Вы уйдёте домой, а мы останемся в чужой нам стране…Потому что в Тушур нам никогда не вернуться. Ведь мы помогали врагам короны, пусть даже и против своей воли…
– Да. И я больше чем уверен, что рёсцы обратят вас рабство, а вашу внучку продадут кому-нибудь в наложницы или в публичный дом…
Старик молча опускает голову. Кружка проворачивается в обессилевших пальцах, и напиток льётся на траву. Служанка так же опускает голову в жесте безнадёжности и отчаяния…
– Я хочу дать вам надежду, сьере Долма. И другую, счастливую жизнь Шурике.
– Те, кто лечился у вас, отзываются очень хорошо о вашем умении и искусстве лекаря.
– Но мне осталось немного. Года два-три, и я уж не смогу лечить людей…
– Всё-равно. Старость заслуживает уважения. Поэтому я предлагаю вам отправиться вместе со мной в Фиори. Я – достаточно влиятельный лорд и правитель в нашем государстве, и могу гарантировать вам безопасность и нормальную жизнь. Плюс – обеспеченную и спокойную старость. Вашей внучке же я дам воспитание, достойное придворной дамы, а впоследствии выдам замуж за достойного человека. Слово графа.
– Ничто не даётся просто так. Что я должен буду сделать?
– Ничего. Просто дать согласие на переезд в Парда.
– Надо подписать бумагу?
– Достаточно вашего слова. Я не настаиваю на ответе прямо сейчас. Впереди у нас трудный и кровавый поход. Возможно то, что вы увидите, отвратит вас от Фиори. Но если вы согласны, то дайте мне знать. Через Шурику, или эту несчастную.
Я кладу руку на худое плечо служанки, и она сжимается в комок. Отпускаю её плечо, затем поднимаюсь с куска войлока, на котором сидел.
– Подумайте, сьере Долма. Можете поспрашивать у наших фиорийцев. Все вам скажут, что Волк Парда всегда держит своё слово…
– Вы сказали, что возьмёте Кытх. И я вам почему то верю. Будет много крови, много горя, но вы хотите вернуться домой живыми. Это мне тоже понятно. Вы готовы забрать меня и Шурию с собой. И это я как то могу понять. А что насчёт Гуль?
– Тогда женитесь на ней. И вопросов не возникнет.
– Но я уже старик! А она ещё молода! Да Гуль мне в дочери годиться!
– Я же не предлагаю вам спать с ней. Женитесь просто для того, чтобы спасти и увезти с собой. И – подумайте на досуге, сьере Долма. Очень хорошо подумайте…
