Люди. В основном – люди. Единственная саури, кроме неё в саду – супруга местного императора. Пресветлая юили Ооли. Ха, от неё то отец не отказался! В отличие от самой Ююми. Старшая наследница стала изгоем. Лишённая всякого статуса среди Кланов, а теперь ещё и… Впрочем, чего ей стесняться? Если сама дочь Вождя Вождей гордо несёт свою головку, не смущаясь того, что живёт с человеком, и даже родила ему дочь. Почему же она, отверженная, должна стыдиться того же самого? Тем более, что у неё есть преимущество – Ююми не делит, и не будет делить постель с человеком! Их брак всего лишь фикция! Но… Почему же она чувствует внутри себя, где-то там далеко, лёгкую досаду? Пусть он человек, но ведь его никто не заставлял спасть её никчёмную жизнь? Может, стоит всё-таки поблагодарить его? Открыла была рот, но вдруг сбоку, совсем рядом, раздался знакомый ненавистный голос:
– Какая встреча! Ююми! Неужели Асха будет исполнена?
Она вздрогнула. Девушка едва успела повернуться на голос, как её грубо схватили за руки, заломили их за спину, но всё же саури успела разглядеть надменное лицо Горха, искривившееся в злобной довольной улыбке. Внутри словно что-то оборвалось, а её уже потащили… И вдруг руки стали свободными, а оба держащих её солдата словно мячики разлетелись в стороны. Ур Сарими схватился за пояс, но ему в лоб уже смотрели бластеры личной охраны императора, а в грудь упёрлись клинки.
– В чём дело?!
Голос Горха от злобы взвизгнул фальцетом, а Дмитрий левой рукой задвинул за спину свою новоиспечённую половину и громадной глыбой навис над клановцем:
– Ты, ублюдок, как ты только посмел коснуться моей жены?!
– Что?!
– Я требую выдать мне презренную, посмевшую нанести смертное оскорбление!
– Ты?
– Это ложь!
– Он лжёт! Лжёт! Лжёт!
– Я – лгу? Требую поединка!
– По закону Кланов, я, Горх ур Сарими, Вождь, требую доказательства своей правоты в поединке!
…Мало, очень мало кто из людей мог хотя бы сравниться с воином саури в бое на мечах. И надежды на спасение у Ююми не было с самого начала… Мгновение тишины, женщины и девушки с сочувствием смотрели на саури. Впрочем, кое-кто и со злобой. Те, кто слышал, как её назвали женой Рогова.
– Ну, кто решится заступиться за преступницу?!
– По законам Кланов за неё может заступиться либо родственник, либо член её Клана.
– Я – Горх ур Сарими, Вождь Клана ас Сарими. Кто ты, человек, решивший заступиться за изгнанную?
– Я – Дмитрий Рогов. Подданный Руси, первый помощник императора Фиори Атти Неукротимого, законный супруг этой женщины. И я докажу, что ты лжец и порочишь доброе имя моей супруги.
– Я заставлю тебя подавиться этими словами, хомо!
Выхватил узкий длинный клинок, блеснувший в свете солнца тусклым серебром монокристалла. Против ожидания, человек спокойно взглянул на его оружие, потом наклонился к застывшему возле себя пажу и что-то ему шепнул, потом его глаза заледенели и воткнулись в саури с такой силой, что тому на миг стало не по себе.
– Сейчас принесут моё оружие.
Ждать пришлось недолго. Буквально через пять минут паж появился вновь, подавая на вытянутых руках нечто, завёрнутое в ткань. Человек принял оружие, став на одно колено, коснувшись мечом лба, затем поднялся, сдёрнул чехол. Взору собравшихся предстали узкие, чуть изогнутые чёрные ножны, украшенные серебряными бляшками. Темляк украшал большой ромб. Неуловимое взглядом движение, и точно такой же монокристалл вспыхнул на солнце.
– Приступим?
Пространство вокруг дуэлянтов мгновенно очистилось, и по краю импровизированной арены выстроились гвардейцы. В круг вошла Ооли:
– Поединок справедливости! До первой крови или до смерти?
– До смерти!
Голос ур Сарими был подобен шипению змеи. Рогов кивнул, соглашаясь со своим противником.
– Да будет так.
Императрица вышла из круга, встала за спинами охраны. Ююми замерла за спиной мужа, мертвенно бледная. Если Горх убьёт человека, то может сразу покончить с ней. Его право.
– Анд!
Раздался громкий крик, и оба воина устремились навстречу друг другу. Саури замерла от изумления – её… Муж… Он исчез! Размазался в воздухе! Ур Сарими едва успел сделать пару шагов, как перед ним возникла фигура человека, короткий, практически неуловимый взмах, и… Голова Горха на теле качнулась, и кто-то в толпе пронзительно завизжал – с тупым неописуемым звуком она упала на траву. Из шеи ударила тонкая струйка крови. Ещё одна. Ещё. Сердце ещё работало. Но вот тело замерло и бессильно обмякло грудой мёртвого мяса. Конец поединка.
