Мы молча разошлись по указанным позициям. Папки были маркированы буквами и номерами, которые ни о чем нам не говорили. Пришлось проверять по очереди. Вой сирены никак не способствовал чтению, сосредоточиться было сложно. Макс шуршал клавишами за одним из компьютеров.
– Нужен пароль доступа, – отозвался он.
– Сейчас достану, – ответил Антон и подошел к спящему хранителю. Положил руки ему на голову и притих.
Несколько минут слышалось только шуршание бумаг, которые мы перебирали с Алей. В каждой папке обнаружились досье на потенциальных орбис-луанцев. Фотографии, биографии и записи о подозрительном поведении. Чего здесь только не было!
Антон наконец оторвался от хранителя и подошел к Максу. Быстро ввел пароль и принялся помогать нам с бумажными архивами. Открыл одну из коробок и сказал:
– Тут видеокассеты и диски. Мы и за год не успеем все отсмотреть, даже если начнем прямо сейчас.
– Должны быть цифровые копии, – предположил Макс, – Занимайтесь лучше бумагами.
Комната вновь наполнилась шуршанием. Взяла очередную папку и ахнула – внушительная подшивка была посвящена моей матери. Десятки имен, сотни фотографий и список людей. Судя по всему, это были имена тех, кого мама перевела в наш мир. К своему удовольствию, я не нашла в папке ее реального имени и каких-либо достоверных данных. Даже сообщений о том, что она – изменяющаяся. Следующая папка, как и следовало ожидать, содержала информацию о моем отце. Спешно пролистала файлы, посмотрела фотографии и увидела все тот же список имен. Никак данных обо мне не было. Очередную папку брала с замиранием сердца – вдруг та самая? Но нет. Ни слова ни обо мне, ни о Максе во всем стеллаже. Уже перешла к следующему шкафу, когда заговорил наш компьютерный гений:
– Нашел! Народ, идите сюда.
На мониторе мы увидели каталог, который назывался «Чернов Максим». Папка, посвященная Максу! Здесь нашлась подробная информация о нашем друге: когда родился, где учился, чем занимается в свободное время. Тут же обнаружились фотографии и список отчетов от наблюдающих. Были здесь и другие папки: «Огнева (Чернова) Ольга», «Огнев Сергей» и «Огнева Марина».
– Кто эти люди? – спросила я у Макса.
– Моя мать, отчим и сестра, – грустно отозвался он и стал просматривать папки.
Начал он с папки отчима. Там хранился одинокий файл с базовой информацией. Одна фотография и биографические данные, из которых успела выхватить фразу «погиб в авиакатастрофе». Никаких пометок о странном поведении или дополнительных файлов. Папка матери содержала куда больше информации, в том числе и фотографии с нашим королем. На них Его Величество Оргард выглядел как обычный землянин, одет был просто и постоянно улыбался. Макс быстро пролистывал снимки и просматривал информацию. Я вновь заметила отметку об авиакатастрофе. Последней он открыл папку своей сестры. В каталоге обнаружились фотографии младенца, выписка из родильного отделения и еще одна папка, датированная этим годом.
– Это еще что за черт? – спросил Макс, открывая новый каталог.
– Быть не может! – воскликнул Антон, разглядывая мою фотографию.
Мы ошарашенно молчали. Действительно, в папке обнаружилось скудное досье на мою персону, несколько фотографий и видеофайл. Когда мы запустили его, то узнали базу в Балаклаве. Как раз то, что мы и искали.
– Это что же, я целовался со своей сестрой? – спросил Макс жутким голосом.
– Ты что? – отозвался Рэм, – Ты ее целовал?
– Вы и правда хотите это выяснять прямо сейчас? Максим, скорее, сделай себе копию, стирай оригинал и поехали отсюда. Будем разбираться дома, а сейчас надо выбраться отсюда, – скомандовал Антон.
Макс, как завороженный, выполнил все действия, встал из-за стола и пошел к выходу. Мы плелись за ним. И надеялись, что у двери нас не ждут. Повезло – так и оказалось. Но вот выйти с самой базы оказалось непростым делом. Едва хватило сил, чтобы отключать тех лунных искателей, которых мы встречали по пути. Большую часть взял на себя Антон, а мне пришлось пользоваться еще и резервом силы Рэма.
Оказавшись на поверхности, едва не падала от усталости. Да еще и все мое существо разрывало от вопросов, на которые не у кого было получить ответы. В голове звенело воспоминание. Тогда, перед отправлением на Землю, я слышала голос в сознаниях сопровождающих: «Вы должны сделать все возможное, чтобы мальчик узнал, кто она. Вы поняли? Если он не узнает, все провалится. Делайте, что хотите, но выполните этот приказ». Могло ли это значить, что группа сопровождения заранее знала, что Макс – мой брат? Об этом ли шла речь? Или они хотели, чтобы Макс узнал, что я – орбис-луанка? Обо мне ли говорил тот голос? И с чего Лунные искатели решили, что Макс – мой брат? В этой мозаике явно не хватало кусочков.
