– Ну что ж, на вид вполне аппетитно, – прокомментировал Паймер с наигранной бодростью в голосе. Он нагнулся к тарелке, понюхал кашу и жестом предложил Идальго садиться. – Садись, Идальго. Ешь.
Взяв ложку, герцог принялся за кашу.
Он скорее почувствовал, нежели увидел, что его Избранный колеблется.
– Нужно хорошенько подзаправиться, – с набитым ртом проговорил Паймер. – Вот увидишь, сегодня нас ждет трудный день. Придется много ездить.
Идальго сел и попробовал кашу. Герцог попытался перехватить его взгляд, однако Акскевлерен быстро отвел глаза в сторону. Паймер чуть было не выговорил ему за это, но вовремя спохватился и постарался взять себя в руки.
Герцог отложил ложку и собрался поднять кружку с пивом, однако передумал и вздохнул.
– Извини.
Паймеру хотелось, чтобы это короткое слово прозвучало громко и искренне, но все получилось вовсе не так, как он надеялся. Извинение было высказано тихо, едва ли не шепотом.
Идальго перестал жевать. На этот раз он посмотрел хозяину прямо в глаза. Паймер подумал, что сейчас его Избранный скажет что-то вроде «Вам незачем извиняться, ваша светлость». Однако вместо этого Акскевлерен коротко ответил:
– Понимаю.
Впервые в своей жизни герцог понял, что его простили. У него словно камень свалился с души. Ему захотелось рассмеяться, но он заставил себя сдержаться. А вот улыбку герцог скрыть не смог. Идальго улыбнулся ему в ответ.
Больше герцог и Акскевлерен не сказали друг другу за завтраком ни слова.
Как только они покончили с трапезой, в комнату вошли слуги и принялись убирать со стола.
– Вашу светлость ждут в библиотеке. Если вы готовы, я охотно провожу вас туда, – произнес старший из них.
Вскоре Паймер и Идальго шагали вслед за слугой по настоящему лабиринту коридоров. По сравнению с ним замок Юнары мог показаться чистым полем. Путь освещали фонари, висевшие снаружи, по ту сторону окон, поэтому в коридорах царил полумрак. Выглядело так, будто хамилайцы шли по лесной чащобе.
Паймер подумал: такие лабиринты понастроили из-за того, что дворцовые помещения нужно было уместить на двух этажах. Впрочем, герцог нисколько не удивился бы, узнай он, что оказался в театре теней, призванном создать у посетителей ощущение, будто на самом деле дворец имеет гораздо большие размеры.
В конце концов они оказались в просторном коридоре, довольно сносно освещенном, с окнами почти под самым потолком. Слуга остановился перед скромного вида дверью. Предварительно постучав, он открыл ее и проводил Паймера и Идальго в просторную библиотеку.
Вдоль стен тянулись изящные резные полки, уставленные книгами в кожаных переплетах. Крофт Харкер встал со стоящего в центре комнаты массивного кресла, чтобы поприветствовать гостей. Он был в библиотеке один. Стоявшее рядом второе кресло пустовало. Между креслами стоял низкий столик, на нем – графин красного вина и два бокала.
– Президент Харкер, герцог Паймер Кевлерен! – с поклоном объявил слуга и отступил в сторону.
Хамилайский посланник и хозяин обменялись рукопожатиями. Харкер указал герцогу на кресло.
– Этим утром нам предстоит многое обсудить. Идальго собрался занять место за спиной хозяина, но слуга взял его под руку.
– Я знаю, что у вас в Хамилае иные порядки, нежели у нас, – пояснил президент Комитета Безопасности, – особенно после рево… после недавних событий. Но мы не приглашаем на наши переговоры Акскевлеренов. Паймер напрягся.
– Я не привык обходиться без моего Избранного, – заявил он. – Понимаю, что теперь в Ривальде многое изменилось, однако, как посланник императрицы Лерены, я…
– Как посланник вы обязаны следовать нашим обычаям, подобно тому, как наш посланник в вашей стране обязан соблюдать ваши, – мягко возразил Харкер.
Паймер сделал глубокой вдох. До чего же ему хотелось развернуться и выйти из библиотеки вон!.. Интересно, как поведет себя в таком случае Комитет Безопасности? С другой стороны, горячиться не стоит. Ведь он здесь по поручению племянницы, и чем скорее справится с порученным делом, тем раньше вернется в Хамилай.
– Хорошо, – выдавил из себя герцог. – При условии, что обсуждение этого вопроса мы отложим на более поздний срок.
Харкер обиженно поджал губы, однако кивнул.
– Решено, – коротко ответил он и снова указал на кресло.
Паймер сел и кивком велел Идальго выйти.
Как только они остались одни, тысяцкий заметно повеселел.
– Итак, с чего начнем? – спросил он и улыбнулся герцогу.
Идальго ожидал, что его отведут обратно в отведенную им с герцогом комнату, однако Избранного проводили через внутренний дворик в другое крыло дворца, немного отличавшееся от той части, в которой они уже были.
Деревянная постройка имела более светлый оттенок, как будто была сооружена совсем недавно. Идальго поинтересовался у слуги, куда его привели, однако на вопрос тот ответил лишь загадочной улыбкой.
