Собственно выпаду и что? С кем мне его справлять? Джас на Ульбранте с мамой. Родни неразлей вода с новыми подружками. Их общение едва зародилось, но достаточно одного взгляда чтобы понять насколько всё серьёзно. Я в их тандеме сейчас как собаке пятая лапа нужен. В перспективе они примутся меня агитировать за участие. В этом можно не сомневаться. Но это потом. Сейчас они упиваются единением планов и мыслей.
Ну что сказать? Активации хрономага в совете магов оказались рады. Для участия в обряде от меня требовался только я. Оплата покрывала мои потребности в средствах для визита на Ульбрант и обратно, плюс мог вернуть долг Родни. Это ли не счастье? А если учесть постепенное усиление меня как мага в результате таких мероприятия, то постепенно я перестану вырубаться. Ну или не так надолго как сейчас…
Три дня на моральные сборы, и вуаля! Участие отличалось лишь местом проведения и стимулом в виде денег и усиления способностей. Откат такой же. Благо совет магов взял моё восстановление на себя. Отошел я за неделю. Побочным эффектом умудрился расширить магический резерв, а не только увеличить потенциал.
Неделю я для галочки походил на занятия, наблюдая как нарастают обороты сближения Танари, Эммы и Родни. Они даже на дежурство по охране моей бренной тушки отныне приходили втроем. Боюсь представить какие теперь обо мне и моём гареме ходят слухи.
Ребята пытались вовлекать меня в свои беседы, но, увы, не сейчас. Пока все мысли были на Ульбранте, я гадал как выжать из Викентьевны информацию. Сближения между нами не произошло. Они как бы со мной, но только для галочки и сторонних глаз. По факту, никто даже не знал о причинах моего недавнего исчезновения, и дальнейших планах. Спросили где был, ответил мотался по делам. И все.
Разве так поступают друзья? Джас бы волновалась, или разыскать умудрилась бы, что тоже случалось уже, как минимум допрос устроила бы с пристрастием. А когда я недоговаривал, после визита на Землю, чувствовала это и обижалась. Хотя я и сам не многим лучше, варюсь в своей каше, совершенно не интересуясь увлечениями товарищей, так почему они должны интересоваться моей жизнью?
Как очнулся в городской лекарне, только и думаю, как бы на Ульбранте пересечься с Джастин. Появляться у неё дома желания нет. Мало того, что Талин может меня узнать. Как я понял она серьезно больна. И если Джас ни в какую не пожелала говорить чем, то…
Само собой напрашивается то, что на Ульбранте под строжайшим запретом — там нельзя не проинформировать власти об укусе твари. И тогда человек попадает под программу утилизации. Если будет выявлен факт утаивания информации, судить будут всех причастных. А что знают двое, то знает и свинья. Не потому, что я не в состоянии держать за зубами и побегу трепаться направо и налево, потому, что ненароком можем неосторожно перекинуться какой-нибудь фразой при возможных свидетелях. Или я трус? Слишком легко смирился со словами Джастин относительно бессильности хрономагов в их мире.
— Ты с нами вечером? — поинтересовался Родни во время обеда в пятницу.
— Не, у меня есть кое-какие планы… — отозвался я, заметив что девушки вмиг приуныли. — Не здесь, — добавил я, не сдержав улыбки от слишком явного облегчения на их лицах.
— Если что, ты знаешь где нас искать! Может тебя подкинуть куда? — поинтересовался товарищ вечером садясь в карету у ворот академии.
С одной стороны можно прокатиться. С другой, лучше прогуляюсь, чем плодить новые вопросы — типа куда меня носило через Межмировой портал? Так могут подумать, что я в кои-то веки пошёл по бабам. Пусть думают. Я не уверен, что готов поделиться всеми подробности относительно Викентьевны и нашего с ней родства, даже с Джастин. А она мне многократно ближе, нежели Родни, Танари и Эмми.
Белка носится рядом. Но помалкивает. Ни тебе нотаций. Ни тебе капризов. А последнее с ним сейчас частенько случается. Видите ли его тонкая психическая организация не выдерживает тех стрессов, что я ему в последнее время устраиваю выпадая практически из мира живых после обрядов. А тут ещё и сваливаю в другой мир без него на неопределенный срок. Хорошо хоть осознает опасность Ульбранта для ему подобных и не просится со мной. В последнее время у нас и без того непростые отношения складываются.
Переход совершился так же как и прежде. Опасений и страхов на этот раз не было. Буквально десять минут и я в академии.
— Выжил, смертничек? — раздался из-за спины голос Фирстона, и я невольно вздохнул.
Будь моя воля прибил бы несмотря на всю мою пацифистскую натуру. Вмиг перед глазами встал тот день возле озера. Генри. Ренди уносящийся прочь на Эбайке. Твари. Вспышка в голове. Прошлое… Осознание случившегося. Кулаки сами собой сжались…
— Майкл, пройдите ко мне в кабинет, — вернул меня в реальность голос невесть откуда взявшейся поблизости Викентьевны.
Ренди с деловитым видом удалялся, будто ничего не произошло. Козёл. Какой у нас с ним может быть рандом⁈ Чувствую, придёт день когда я не сдержусь, и никто не успеет помешать выплеснуть накопившиеся эмоции.
