Сейчас вспомнил об этом и решил: действительно, не помешает холодец сварить, чем и занялся. Не видел, чтобы на Тарии готовили холодец или заливное. Не знаю, понравится ли местным это блюдо, а мы с сыном его любим, и, как понимаю, Денис тоже. Узнав, что я задумал приготовить и сколько всё это будет вариться, Риана выгнала меня с кухни:
– Поставил – всё, теперь не мешай мне готовить.
После обеда я занялся Рианой. Но перед этим соорудил специальный стол, а то не совсем удобно проводить такую процедуру на кровати, замаялся с Марой. Белоснежка хотела поприсутствовать при данном действии, но я отговорил её: а вдруг Риана не выдержит боли, тогда операция прервётся, и она поймёт, что племянница видела это, тогда она может стать врагом тётки. Мара согласилась со мной, тем более я сказал, что, если вдруг мне понадобится помощь, позову её.
Энергоканалы у магистра оказались ненамного в лучшем состоянии, чем у её племянницы. На их подготовку ушло меньше времени, но, думаю, из-за того, что это не первый мой пациент. Я предупредил Риану, что перехожу к самой болезненной части процедуры, и постепенно стал расширять энергоканалы, увеличивая их пропускную способность. Как чувствовал, приготовил небольшой резиновый валик, который пришлось вставить Риане в зубы, побоялся, что они выкрошатся, так она сжимала их от боли.
Всё когда-нибудь заканчивается, и наша процедура, ближе, наверное, по своей сути к операции, подошла к концу. Я отнёс Риану в душ, помыл её, да и сам вымылся, энергии потратил целое море. Теперь надо поесть, восстановить потраченные калории, но Риану придётся кормить здесь, сама точно до столовой не дойдёт, а всем демонстрировать её состояние не стоит.
Саша без меня довёл дело с холодцом до конца, о чём мне сообщил за ужином.
Я попросил Мару помочь мне накормить Риану, и та ответила:
– Не беспокойся, всё сделаю сама.
– Напомни ей: три дня никакой магии.
