Придя к Бажену и Велене для разговора, услышал от них новость: кто-то ночью проломил голову хозяину таверны «Принцесса», нашли его поздно, так что спасти ему жизнь целителям не удалось. Наследники выставили таверну на продажу, просят за неё восемьсот золотых. Я попросил Бажена свести меня с ними, и после небольшого торга за семьсот сорок золотых купил её. Велена предложила мне кандидатуру управляющего. Я встретился с Титом, мы переговорили, и он мне сразу понравился – степенный, немногословный, дело своё прекрасно знает.
– Егор, хорошо бы сделать ремонт в таверне да комнаты привести в порядок, заменить кое-где мебель. А то обшарпано всё.
– Тит, даю добро на всё это, нанимай людей для ремонта и закупай необходимое для замены. Предварительно, конечно, хотел бы видеть смету, сколько на это потребуется денег.
Тит быстро нанял строителей, и в течение недели они выполнили все работы. Честно, думал, дороже обойдётся. А пока шёл ремонт, переработали с шеф-поваром Пако меню таверны. Он как узнал, что я теперь новый хозяин, пристал ко мне рассказать и показать готовку новых блюд.
Когда в теневом клане узнали о смене хозяина таверны, пришли за данью. Я обсуждал с Титом текущие моменты, и тут зашли три каких-то хмыря и попытались стрясти с меня сто золотых монет за крышу. Пришлось их выкинуть, сказав на прощание, что, если у Семеона имеется желание пообщаться, пусть приходит, поговорим. И через полтора часа он таки явился в сопровождении трех мечников. Я пригласил его к столу.
– Проходи, Семеон, присаживайся. Что будешь – травяной отвар, вино?
Он показал рукой, что ничего не надо.
– Ты почему моих людей оскорбил? Таверна на нашей территории, и ты должен нам платить.
– Скажи спасибо, что я не убил этих малахольных, и по закону был бы прав. А таверна стоит на земле города, и при чём тут теневая гильдия? Если есть что конкретно сказать, говори, но не посылай ко мне своих людей, больше не буду таким снисходительным к ним.
– Не будешь платить – сгорит таверна, вот и всё.
Я незаметно немного прочитал из его памяти информации.
– Допускаю, что можете сжечь таверну, но после этого много чего сгорит в городе, – и стал перечислять здания, принадлежащие теневой гильдии. – Достаточно или побеседуем дальше?
Смотрю, у моего собеседника от злости ноздри раздуваются.
– Ты считаешь себя бессмертным, раз такое говоришь?
– Я считаю себя реалистом. Надо мне будет, ни ты, ни твоё сопровождение из этого зала живым не выйдете, но я пока с тобой беседую спокойно и вежливо. Знаю, не будет тебя или твоего друга, главы теневой гильдии, придут другие, а ты вполне здравомыслящий человек, с кем можно договариваться. Я готов платить вам один золотой в месяц, чтобы не создавать прецедент, что какая-то таверна не платит.
– Ты, однако, шутник, предлагая один золотой. Сто золотых – и ни монетой меньше.
– Значит, зря я тебя, Сёма – так ведь тебя называет твой друг детства глава теневой гильдии? – посчитал умнее. Тогда не получите вообще ни одной даже серебряной монеты. Видимо, тебе не жалко членов своей гильдии. Я сказал, но ты меня не услышал.
– Ты уже мертвец, раз такое говоришь мне.
– А за это накладываю на вас штраф. Так, у вас вне города находится пять боевых пятерок… А, нет, ошибся, ты ведь сегодня провожал ещё одну… Их больше в город не ждите. Будет малейшее поползновение в адрес моих людей – вырежем всех, кто будет замешан в это. Если после этого штрафа в тридцать человек до вас не дойдёт, что не стоит трогать меня и моих людей и даже делать намёки, вам больше не придётся об этом даже думать. – И пустил лёд в них.
Семеон отшатнулся от стола.
