Капли дождя по-прежнему барабанили по стеклам, поглощая все остальные звуки. Зейлан не слышала ни собственных шагов, ни пульсации своего сердца, которое билось в груди, как дикое. Если Вардт или другой гвардеец обнаружат ее сейчас, она погибла. Киран не сможет спасти ее еще раз.
Они воспользовались узкой служебной лестницей. Спускаясь по ней, Зейлан уже начала различать приглушенные голоса, отдающие приказы и выполняющие указания. Оказавшись внизу, спутники поспешили к одному из выходов. У створчатой двери на страже стояли двое мрачных фейри.
Зейлан замедлила шаги, но Киран продолжал идти как ни в чем не бывало. Он даже ускорил шаги и при этом еще глубже натянул капюшон плаща на лицо, словно уже приготовился к дождю, ожидавшему их снаружи.
– Открыть! – проревел он резким голосом. Гвардейцы не медлили. Каждый из них открыл одну сторону двойной двери, но ровно настолько, чтобы Зейлан и Киран могли протиснуться сквозь нее. Вода перелилась через порог. Один из гвардейцев сделал движение рукой, будто хотел отогнать с помощью своей магии воду, как назойливую муху. Но ничего не произошло. На лбу фейри образовалась глубокая складка, и он повторил свой жест. Но вода и собственная магия ему не подчинились.
Шум бури был оглушительным. Зейлан чувствовала себя так, будто она попала под водопад. Все вокруг шумело и плескалось, и девушка ощущала, как ткань ее плаща напитывается влагой, становясь все тяжелее и тяжелее.
– Сюда! – прокричал Киран сквозь дождь. Прежде чем Зейлан успела опомниться, он схватил ее за руку. Она почувствовала короткую вспышку тепла, которая длилась недолго и не прекратилась, а, казалось, смылась дождем. Киран потащил девушку за собой по двору замка, через проход, ведущий к садам и в город. Зейлан старалась не поскользнуться. Земля под ее ногами от дождя превратилась в грязь, став гладкой, как каток. А капли дождя с огромной скоростью мчались к земле, подобные тысячам маленьких кинжалов, и затрудняли продвижение вперед.
Не видя перед собой ничего, кроме завесы дождя, Зейлан позволила Кирану провести себя через двор. Впрочем, в таком дожде все же было и нечто хорошее – он обеспечивал идеальную маскировку. Никто из присутствующих фейри не обращал на них особого внимания или попросту не успевал уследить за ними. Любой, кто удостоил бы их беглого взгляда, решил бы, что они всего лишь гвардейцы в капюшонах.
Зейлан почувствовала, что они миновали ворота, ведущие в сады, потому что на мгновение ливень прервался. Наконец-то она могла вздохнуть, не боясь, что утонет. Цветы, которые когда-то так пышно цвели здесь, было не узнать. Град сбил их лепестки на землю, а листья клонились к земле под тяжестью дождя. Ручьи, которых здесь раньше не было, грозили слиться в один бурлящий поток. Этому мешали только каменные стены, сотворенные земными магами из ниоткуда.
– Почти выбрались! – воскликнул Киран и обхватил мокрую от капель руку Зейлан, которая на волосок выскользнула из его ладони. Вскоре ливень стал тише, пока не превратился в редкие капли дождя и, наконец, не исчез совсем.
Киран пошел медленнее, и Зейлан сделала то же самое. Оба вымокли с ног до головы, но не остановились ни на минуту.
Ткань тяжело и влажно прилипла к коже Зейлан.
– Боюсь, у меня вырастут жабры. – Она мечтала об осушающем пламени горячего камина. Хорошо хоть, что так называемое
Киран ухмыльнулся.
– Зато ты наконец-то избавилась от запаха подземелья.
– Даже не знаю, стоило ли это того.
– Скоро обсохнешь, – пообещал он, ведя ее по тропинке. – Уже недалеко.
Только сейчас Зейлан осознала, что принц фейри все еще держит ее за руку. Под дождем они были друг для друга якорями или подводными камнями. Они либо стояли рядом, либо падали вместе. Но шторм оказался позади. Зейлан освободилась от руки Кирана. На мгновение она ощутила, как принц вздрогнул, но ничего не сказал.
Несмотря на поздний час, город Неблагих не спал.
Сквозь капли, падавшие с деревьев, Зейлан услышала голоса, доносившиеся до ее слуха из домов и близлежащих улиц. Где-то поблизости, наверное, находились и фейри, которые создали эту бурю. И, конечно, на дорогах были гвардейцы, которые разыскивали их, чтобы наконец остановить.
– Ты скажешь мне, куда ты меня ведешь? – спросила Зейлан.
– Скоро увидишь.
– Но я хочу узнать это прямо сейчас.
Киран поморщился.
– Поверь мне, ты не хочешь знать.
– Скажи мне.
– Да, скажите ей! – прозвучал чей-то голос, и двое фейри вышли из тени домов, преградив им путь.
Зейлан и Киран застыли. Несмотря на темноту ночи, которая нависла над Нихалосом, Зейлан различила нарастающий гнев на лицах двух Неблагих фейри и упрекнула себя за то, что не обращала внимание на то, что происходит вокруг. Едва оказавшись вне досягаемости гвардейцев, она стала легкомысленной.
