Впрочем, Лех тоже выслал свой отряд проверить, как обстоят дела у Чеха с Русом, и посланцы поведали, что пан Лех, поднявшись по Днестру, дошел до слияния Буга с Вислой, где и решил основать свою столицу с явным прицелом на то, что в будущем она окажется в самом центре его земель, после того как наладится сотрудничество с местными славянскими племенами. Посланники также поведали, что Лех уже в пути начал вести активные переговоры с некоторыми вождями, которые находились в споре с соседями, обещал защиту от балтов в обмен на признание своего главенства.
«Ну что же, именно так англичане покорили такую огромную страну, как Индия, поддерживая одних раджей против других, что жестоко враждовали между собой и готовы были принять чью угодно помощь, только бы сокрушить своего старого врага, – подумал Рус. – Здесь ситуация ничем не лучше. Славянские племена разобщены и тоже режутся между собой почем зря. Не было у местных славян своего Пана, который смог бы объединить их в единую общность, ибо, по большому счету, в этом у них не имелось необходимости, в отличие от причерноморских славян, подвергавшихся постоянному давлению со стороны кочевников. Аналог его, Само, что, по преданиям, создал бы здесь, на севере, спустя почти сто лет первое славянское королевство, теперь не факт, что вообще родится. Впрочем, это уже неважно, этим делом займется Лех. Собственно, балты в плане разобщенности ничем не отличаются от славян, и если все правильно сделать, то и тут можно сыграть на противоречиях, помогая одним против других взамен на союз-протекторат, а потом, как англичане, набрать из местных своих сипаев, чтобы уже их руками воевать против своих врагов…»
Вообще, первый этап Исхода получился на изумление удачным. Рус что-то излишне накрутил себя на сопротивление местных, видимо, по аналогии того, как проходил исход тех же готов и вандалов, что постоянно резались с местными. Не учел тот факт, что готы и вандалы, когда уходили из своих мест, вторгались в более обжитые районы с развитой военной силой, а у него все наоборот, вторжение шло в слабозаселенные регионы, где с воинами дело обстояло весьма посредственно.
«Но если что-то начинается очень хорошо, то продолжается очень плохо…» – невольно подумал Рус и сплюнул.
А беспокоиться было о чем: Славян уже два дня как, согласно плану, должен находиться здесь, но от него до сих пор ни слуху ни духу… Оставалось надеяться, что всему виной плохая погода.
Рус, изрядно обеспокоившись задержкой брата, утром третьего дня послал гонцов к Славяну, чтобы выяснить причину его отставания от графика. Ведь уже Чех почти на месте со своей второй партией переселенцев.
Младшие братья Леха сейчас активно ставили городища на Висле и ее восточных притоках между Бугом. Рус и Чех по плану, двинувшись по Ясельде собирались совместно колонизировать пространство между реками Неман на востоке и Бугом на западе. Благо, что между этими двумя реками имелась целая речная паутина на основе реки Нарев с десятками притоков от мелких речушек до довольно крупных рек со своими притоками.
Чтобы не мотать себе лишний раз нервы в попытке догадаться, что пошло не так у Славяна, Рус решил пообщаться с местным вождем с забавным именем Ушач, чтобы наконец получить более-менее точное представление о местной политической обстановке. Даже не столько о местной (местной обстановкой пусть теперь местные же славянские вожди занимаются и под себя ее гнут), сколько о ситуации на северных землях, куда предстояло идти.
Признаться, когда начинался процесс планирования Исхода, Рус, чтобы не кидаться наобум, конечно, попытался узнать, что тут и как, через опрос тех же рабов, захваченных в последних набегах, но вызнать в реальности мало что удалось, ведь рабы были в основном из южных балтов, и о том, что творится у тех же племен, живущих вдоль Припяти, они имели самое смутное представление. Что уж говорить об их знаниях о жизни еще более северных сородичей? Доходили только слухи, а они, как известно, имеют свойство искажаться самым причудливым образом с каждым передающим звеном, обрастая подробностями вплоть до того, что могли повернуть все с ног на голову, прямо как в известном анекдоте. Один приятель спрашивает другого: «Это правда, что вы выиграли в лотерею машину?». А тот ему отвечает: «Правда. Только не машину, а квартиру, и не в лотерею, а в покер, и не выиграл, а проиграл».
Единственное, что удалось выяснить достоверно, ятвяги делились на три обособленные группы по пятнадцать-двадцать племен: южан, срединных (тех, что на Припяти живут) и северян. Между собой они контактировали слабо, все больше во время вооруженных конфликтов.
Еще севернее, облюбовав все побережье Балтийского моря, обитала группа племен под общим названием пруссы. Но эта территория для южан и вовсе являлась Терра инкогнита. Истории о пруссах, их нравах напоминают байки о псоглавцах, что правда, а что вымысел, без пол-литра не разберешь.
