— Я знаю почему ты говоришь так. Ты просто пытаешься сбросить Одиллию со следа Мэйвенн. Весьма удобно, не правда ли? Тогда убийцы смогут завершить свое грязное дело. Ни для кого из нас не секрет, что ты только и мечтаешь ее прикончить. — Финн ткнул в меня пальцем.
Волуциан напрягся, его глаза превратились в красные щелочки.
— Будь уверен. Когда я убью госпожу, а я это непременно сделаю, мне для этого не понадобится помощь какого-то джентри. Я разорву ее тело в клочья, и завладею ее душей, сам, без чьей-либо помощи.
Повисла тишина .
— Действительно, госпожа, — наконец, заговорила Нанди. — Я удивлена, что вы до сих пор хотите все это продолжать.
— Довольно, — простонала я, потирая глаза. — Оказаться среди вас, ребята, все равно, что стать участником шоу, Джерри Спрингера . Как бы мне не хотелось этого признавать, но я согласна с Волуцианом, — Финн попытался что-то вставить, но я жестом заставила его заткнуться. — Но я все еще собираюсь поговорить с Мэйвенн. И возможно я смогу понять есть ли ее вина в нападениях. Если нет, то возможно она сможет помочь мне найти виновного.
— Ты чокнулась? — воскликнул Финн, — Ты только сыграешь ей на руку.
— Я обязательно приму твое мнение к сведению. И не пытайся больше меня переубеждать.
Он в бешенстве исчез. Качая головой, я повернулась к остальным.
— Покажите мне где ближайший переход к владениям Мэйвенн.
Оказалось, что это в полутора часах езды от Тусона, но еще не известно сколько бы мне пришлось пиликать по Иному миру, сделай я переход где-нибудь поближе к дому, так что я не возражала прокатиться. В итоге я ни капли не пожалела о потраченной дороге, когда переход доставил меня в Ивовое королевство в двух шагах от замка.
Но это было слабым утешением, учитывая, что в ее королевстве до сих пор был колотун. Там, дома, было тепло и солнечно. И самое паршивое — сегодня был Синко де Майо (5 мая). Я бы лучше провела остаток дня, уничтожая громадное количество текилы, после чего, в блаженном забытье валялась бы где-нибудь под столом.
К счастью, сейчас было не ветрено, но воздух был сухой и ледяной. Слишком сухой, чувствовалась низкая влажность. Лед и сугробы красиво переливались в лучах зимнего солнца. И если долго смотреть на белоснежный покров, в глазах начинало рябить.
Я поплелась вниз по промерзшей дороге, и не обращая внимания на все неудобства, любовалась замком.
В отличие от замков Эсона и Дориана, это строение не выглядело как крепость. А было скорее… симпатичным. Изящные, тонкие шпили тянулись в верх, а их блестящая поверхность сверкала. Все строение было изогнутым, почти таким же извилистым, как лепестки лилии. Я задумалась, связано ли это с различием в мужской и женской монархии. Может у Мэйвенн просто вкус получше.
Стражники оказались не на шутку встревоженными, когда я сообщила им кто я. Они попытались меня уговорить дождаться разрешения пройти к Мэйвенн, но я сообщила им, что ни шагу не сделаю, пока они не попросят для меня гостеприимства. Потребовалось некоторое время, по истечении которого, количество охранников вокруг меня удвоилось, но наконец, Мэйвенн передала, что я могу увидеться с ней, и под ее защитой буду в полной безопасности.
Придворная дама провела меня к Мэйвенн, сообщая мне как языком тела, так и рта, что у ее королевы, не может быть со мной никаких дел. Она провела меня через лабиринты коридоров, и в итоге оставила меня в уютной, ярко освещенной гостиной. Мэйвенн отдыхала на шикарном кресле, со множеством подушек. Она была одета в длинный атласный халат, и кто-то укутал ее ноги одеялом. Даже с бледной кожей и растрепанными волосами она выглядела великолепно.
Улыбнувшись мне, она жестом приказала слуге исчезнуть.
— Леди Маркхэм, какой приятный сюрприз. Пожалуйста, присаживайтесь.
Взволнованная, я присела на кресло с розовыми подушками.
— Называйте меня просто Евгения.
Она кивнула, и мы обе сидели и чувствовали себя не в своей тарелке. Глядя на нее, я могла думать только о том, что она носит в себе ребенка Кийо. Это связь будет длиться всю жизнь, и я никогда не смогу быть ее частью. Не то, чтобы я хотела чего-то подобного, конечно нет. Кийо больше нет места в моей жизни.
Мэйвенн больше понимала в этикете и наконец заговорила:
— Я счастлива принять вас, но подозреваю, что это не просто светский визит.
— К сожалению, нет. Я хотела поговорить с вами о… — я замялась, внезапно почувствовав себя глупо. Я-то думала просто заявиться сюда и спросить ее прямо, она ли пытается меня убить? Ну, что же, отступать уже поздно. Придется все таки сделать это. — В последнее время, на меня несколько раз напали. Пытались убить. И я вот подумала… возможно… вам что-то об этом известно...
Ее бирюзовые глаза внимательно изучали за мной.
— Давай ближе к делу. Ты хотела узнать имею ли я к ним какое-то отношение?
Я отвела глаза.
— Ну да.
