Закрыв глаза, я мысленно достигла границы, и преступив ее оказалась в Ином Мире. Постоянная практика позволила мне в совершенстве овладеть этими переходами, теперь они удавались мне с такой же легкостью, как и поиск воды. Я тут же начала скользить, так как тонкое место находилось недалеко от замка Дориана. Меня как магнит тянуло к месту, где хранилась часть моей сущности, даже если я не знала дороги. Мгновение спустя, я оказалась в постели Дориана.
— Вот нахал, — пробормотала я, вылезая из кровати. Я взяла «слинки» и слегка подбросила ее, наблюдая за ее кольцами, похожими на радугу или водопад
— Моя госпожа, это вы? — сначала я услышала голос, а через несколько секунд из-за двери появилась молоденькая мордашка Нии. — Его величество в консерватории, вас провести?
Ого! Никогда не слыхала, чтобы у кого-то дома была настоящая консерватория, не считая игры «Clue» . Когда Ниа провела меня внутрь, я увидела Дориана стоящего перед мольбертом, с палитрой и кистью в руках. «Дориан, в консерватории с подсвечниками, — подумала я. — Тьфу ты, с кистью.»
Заметив меня он улыбнулся:
— Леди Маркхэм, вы как раз вовремя. Не могли бы вы немного развлечь Рюрика. Он стал ужасно непоседливым.
Я посмотрела в ту сторону комнаты, где находился Рюрик, мощный воин со светлыми платиновыми волосами развалился в изысканном кресле, обитом бархатом цвета лаванды. Он был полностью облачен в кожу и медные доспехи, я содрогнулась от общей картины.
— Я не хотел быть непоседливым, ваше величество, — проговорил он сквозь зубы, — Но, неподвижно сидеть на этом, в полной экипировке, на самом деле, не так уж и просто.
— Ой, хватит распускать нюни. Тем более это неприемлемо для мужчины с твоей фигурой. Почему леди Маркхэм может в течение нескольких часов не шевелится, и в гораздо более неудобных позициях.
Рюрик посмотрел на меня, одновременно испуганно и заинтригованно.
— Не крутись! Смотри сюда.
Ухмылка Рюрика пропала, и он повернулся к своему королю. Холст Дориана был повёрнут от меня, и я понятия не имела на что похож его шедевр. Я хотела было подойти и посмотреть, но он замахал на меня кисточкой.
— Нет, нет. Только когда закончу.
Пожав плечами, я выдвинула другое кресло лавандового цвета —вообще-то, вся комната была такой — и плюхнулась на него. Дориан заговорил, не отрывая взгляд от своей работы.
— Итак, чем ты сегодня занималась, моя дорогая? Чем-нибудь увлекательным?
— Не совсем. Поспала. Изгнала тень. Вообще-то, большую часть дня я читала. Ничего особенного.
— А что ты читала? Мне очень нравятся работы одного человека... эм, забыл его имя. Он какое-то время был очень популярен. Шексмур?
— Шекспир?
— Да, он самый. Он написал что-нибудь новенькое?
— Хм, пожалуй, он уже не пишет лет этак четыреста или пятьсот.
— Ох, какая жалость. Так о чём же ты тогда читала?
— О погоде.
Он оторвался от работы.
— И что ты узнала?
— То, как формируется шторм. Как скапливаются и конденсируются молекулы воды, как заряженные частицы разряжаются, формируя молнию. О, и что-то ещё о высоком и низком давлении, но мне надо еще разок перечитать этот момент. Слегка непонятно.
Оба мужчины наградили меня короткими, бессмысленными взглядами, а затем Дориан вернулся к рисованию.
— Понятно. И ты думаешь, это облегчит твоё обучение?
— Не уверена. Но мне захотелось узнать, что из себя должен представлять конечный результат.
Когда Дориан продолжил писать, наступила тишина. Рюрик выглядел неизменно грустным, иногда громко вздыхал, тем самым выражая своё недовольство. Я так никогда до конца и не простила его за элементаля льда, так что созерцание его страданий имело было мне наградой. К несчастью, со временем это наскучило. Я скрестила руки на груди и глубже развалилась на кресле, чем невольно привлекла его внимание.
— Сир, ваша леди скучает. Я уверен, вы с ней найдёте более интересное занятие. А мы можем продолжить и в другой раз. Я не возражаю.
— Вздор. Я почти закончил.
Впервые, с тех пор, как прибыла сюда, я увидела радостное выражение лица Рюрика. Оно пропало, когда Дориан развернул холст и показал свою работу.
Мы уставились на картину.
— Сир... разве у меня есть лук?
Я склонила голову на бок.
— Выглядит именно так. Но остальное... действительно хорошая работа. Я и не догадывалась, что ты так хорошо рисуешь портреты.
Дориан просиял.
— Что ж, благодарю. Если пожелаешь, когда-нибудь я могу написать и твой портрет.
— Это лук, — протестовал Рюрик.
Дориан глянул на холст, затем снова на воина.
— Он подходил к образу. Мне пришлось его добавить; иначе не было бы гармонии.
В спальне Дориан как обычно снял свой серебристо-серый плащ и налил бокал вина. Сегодня ночью он пил что-то из розовых сортов.
— Готова начать?
Согласно кивнув, я села на стул в центре комнаты. Как я уже говорила, на самом деле я не думала, что книги по метеорологии прям так уж сильно мне помогут, но после их прочтения я чувствовала себя более уверенной. Словно я сама взялась за своё обучение.
Дориан отпил ещё вина, достал шнуры и подошёл ко мне. Подбоченившись, он внимательно рассматривал меня, так же тщательно, как свой холст.
