— Хорошо, — элементаль выдохнул, и я поняла, что он также сильно боится меня, как и я его. — А сейчас. Раздевайся.
К горлу подкатила желчь. Мне снова стало тяжело дышать, как будто воздух вокруг меня стал плотным и тяжелым. Вниз сорвалась еще одна слезинка, я медленно потянула вниз пижамные штаны, и убрала ставший теперь бесполезным пистолет. Конечно, в голове пронеслась мимолетная мысль, что я могу выстрелить в элементаля прямо сейчас, но я не достаточно быстрая, чтобы успеть прикончить всех.
Стоит ли рисковать? Если элементаль сказал правду, то мы с мамой останемся в живых, конечно если я всё это перенесу. Я принимаю таблетки. И скорее всего не забеременею. Я должна только смирно лежать, в то время пока эта ожившая куча грязи будет вторгаться в меня. Все могло быть и хуже.
Я посмотрела на элементаля, пытаясь представить, как его руки прикасаются ко мне. Воздух стал еще плотнее, и в комнате стало совсем не продохнуть. Свет казалось стал тусклее, как тогда, когда дух душил меня, и я подумала, что еще чуть-чуть и я отключусь. Обморок уже не казался чем-то плохим, по крайней мере, я бы ничего не запомнила.
— Успокойся, — нетерпеливо сказал элементаль. Он тоже тяжело дышал.
Я медлила снимать нижнее белье. На мне были комфортные бикини из серого хлопка. Они были хороши, но не сексуальны. И не подходили расцветкой к розовому топу. Хотя наверняка, элементалю было плевать, что на мне надето. Не скрываемое желание светилось на его лице. Я смотрела на его шероховатое, деформированное тело, и старалась не завыть. Я знала, что должна была сделать, но так этого не хотела. О, Боже, я не хочу чтобы это прикасалось ко мне. Не хочу чтобы это нечто прижималось ко мне. Тошнотворный спазм свернул мой желудок, и я отчаянно задумалась, где же сейчас Кийо. Конечно он не мог находится рядом со мной 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, и я так пожалела о своем жестоком комментарии о его защите. Как бы я хотела чтобы он оказался здесь в этот момент. Он был нужен мне. Никогда за всю свою жизнь я не чувствовала себя такой беспомощной, даже в той, давно потерянной памяти. И мне не нравилось это состояние.
Как раз в тот момент, когда я собиралась стащить трусики вниз, раздавшийся треск дерева и бьющегося стекла, заставил всех нас подпрыгнуть. Элементаль мотнул головой, и я проследила за его взглядом. Входная дверь была открыта, и порыв ветра опрокинул со стола рамку с фотографией. Это был сильный ветер, он продолжал дуть, разбрасывая по комнате бумажки и разные вещи. На улице, как ни странно, светило солнце и на чистом весеннем небе не было ни одной тучки.
— Что за...? — начал элементаль.
Его резкий голос вырвал меня из моего гнева и страха, и вдруг я смогла различить более мелкие детали. С новой ясностью я осмотрела все. Воздух действительно был густ, освещение, действительно более тусклое. Я не придумала себе все это. Сердитые порывы ветра ускорялись и замедлялись синхронно с моим дыханием. Шаровая молния шарахнула в полумраке и мы закричали, пока она кружила вокруг объектов. Комнату сотряс оглушительный раскат грома, слишком громкий и слишком долгий для такого маленького пространства. Зажимая уши, я упала на пол.
Элементаль ошалело уставился на меня.
— Прекрати это.
— О чем ты...?
— Это все ты. Прекрати это, иначе мы все умрем!
Я огляделась и поняла, что он прав. Я не могла объяснить этого, но я была причастна ко всему, что здесь сейчас происходило. Дом наполнился влагой и сыростью. Вокруг хлестал ветер, расшвыривая вещи. Воздух наэлектризовался.
Я чувствовала, но не знала, что с этим делать. «Ты моя» - попыталась я внушить этой буре, но ничего не произошло. Это было не похоже на то, как я контролировала силу с помощью жезла или атама. Это было как внутри, так и вне меня. Я не могла остановить бурю, как могла бы подавить чувство радости, горя или ненависти внутри себя.
Ветер усилился, его ярость окрепла. Зубчатый осколок стекла на лету поцарапал мне щёку.
— Я не могу это контролировать, — прошептала я. — Я не могу.
Элементаль запаниковал. Духи тоже. Всего секунду назад я чувствовала себя слабой и беззащитной, их страх заставил мой собственный отступить. Их страх подпитал мою злость и бурю в доме. Я на самом деле не могла контролировать шторм, но исходил он от меня. Что-то ещё ударило меня в плечо, а мгновение спустя я еле увернулась от летящей мне в голову книги.
Я не могла это контролировать. Я не знала как. Я не знала ничего кроме того, что хочу жить и чтобы моя мама тоже жила.
Огромные, клубящиеся тучи наполнили комнату, сгущая тьму вокруг нас. Всё больше молний плясало вокруг. Элементаль был прав. Одним из ударов молний я задела духа, который держал мою маму, и она непроизвольно упала на пол. Дух истошно заорал. Это было самым ужасным звуком, который я когда-либо слышала. Хуже чем похоронный звон, хуже чем вопли от пыток. Я вновь заткнула уши, наблюдая как он раскаляется добела, затем темнеет, а потом исчезает без следа.
