Проследив за его взглядом через весь ресторан, я поглядела на предмет его вожделения. Высокая блондинка как раз выплыла из уборной. Натянув на себя крохотное платье из спандекса, она очень рисковала вывалить свою необъятную грудь на всеобщее обозрение. Дабы не разбивать хрупкие иллюзии Дориана, я не решилась сказать ему, сколько там силикона. Он задержал на ней свой взгляд еще на миг, но потом, спохватившись, устремил свои очи на меня.
— Но ты сегодня тоже невероятно хороша.
— Не волнуйся. — Я рассмеялась. — При мне можешь смотреть на любую женщину, я не обижусь.
Остаток нашего вкусного полдника прошел хорошо. Дориан, то и дело, всему удивлялся. Особенно его очаровала кредитка, которой я расплачивалась за еду.
Я попыталась объяснить ее преимущества:
— На карточке есть информация обо мне. Имея эти данные, ресторан может получить от меня деньги.
Сразу после того, как с кредитки сняли деньги, он аккуратно взял и повертел ее в руках.
— Забавно. Я так полагаю, здесь не обошлось без электричества? Движущейся силы вашей культуры?
Меня насмешил его кислый тон.
— Ну, ты… почти угадал.
Мы отправились пешком к городскому парку Каталины и за полторы мили до него, между нами все-таки наступил неловкий момент.
— Скажи, а кицунэ, часом, не объявлялся?
— У него есть имя, — выпалила я
— Кийо, часом, не объявлялся?
— Нет.
— Вот как? И он не пытался встретиться с тобой, чтобы умолять о прощении?
— Нет, — повторила я сквозь зубы. Весь его тон словно выражал, что Кийо меня жутко оскорбил, тем что не звонит и не умоляет о прощении.
— Странно. Думаю, я бы именно так и поступил, если бы оскорбил свою возлюбленную. Но конечно, когда человек проводит полжизни, как животное, то он и поступает соответственно.
Я резко остановилась и повернулась к Дориану,
— Хватит. Слышишь, заканчивай с этим. Перестань настраивать меня против него.
— Мне это и не надо, он уже и сам прекрасно с этим справился.
— Проклятье, Дориан, я серьезно.
Мы пошли дальше, но после нескольких минут молчания я не выдержала и заговорила вновь, — Ты знал. Знал, что Мэйвенн беременна и не сказал мне.
— Это не я сделал от тебя этот секрет. Вдобавок, когда я последний раз плохо высказался о ней, у меня были проблемы. Помнишь, как ты обвинила меня в том, что я пытаюсь настроить тебя против нее.
— Это совсем разные вещи. Сейчас мы говорим о Кийо. А когда мы говорили про Мэйвенн ты утверждал, что она хочет убить меня.
— А ты не думаешь, что они заодно?
Я остановилась.
— Что ты имеешь в виду?
— Кийо — ее друг, в прошлом любовник и, как по воле обстоятельств, еще и будущий отец ее ребенка. Он всецело поддерживает ее в стремлении противостоять вторжению Короля Шторма. А вот любопытно, на чьей стороне он окажется, когда придется выбирать между тобой и ею? Что он предпримет, если Мэйвенн внезапно посчитает тебя ходячей угрозой? Да и забеременей ты, кто знает, как он поступит?
От его слов меня прошиб озноб. Я резко обернулась к нему лицом и, едва узнавая собственный голос, выдавила:
— Хватит, не хочу больше это обсуждать.
В неком примирительном жесте Дориан поднял руки, выражение его лица казалось спокойным и миролюбивым.
— Честно, я не имел в виду ничего дурного. Хорошо, давай сменим тему. Обсудим все что захочешь.
Но желание говорить о чем-то у меня уже пропало начисто, поэтому оставшаяся часть пути прошла в тишине. Когда мы наконец добрались до парка, солнце уже клонилось к закату. Тем не менее было все еще достаточно светло, что дало нам возможность выбрать подходящее место для урока. Мы прошли по одной из малохоженых тропинок и затем свернули с нее в сторону небольшой рощи. Она даже близко не напоминала глухой лес, но скальные выступы, несколько хилых сосен и удаленность от дорожки обещали относительную уединенность.
Занятие обещало быть тем же самый. Дориан усадил меня на землю, прислонив к скале. У него снова были припасены шелковые тонкие веревки, которыми он связал меня. К скале меня привязать было невозможно, поэтому он просто связал мои руки в запястьях и положил мне на колени. Он как всегда был в своем репертуаре и замысловато переплел красный и синий шнуры вместе.
Когда Дориан начал связывать мне руки и грудь, он взглянул мне в глаза и снова вернулся к работе.
— Ты ведь не собираешься злиться на меня весь оставшийся день?
— Я не злюсь.
Он засмеялся.
— Конечно злишься. Ты просто ужасная врунья. Наклонись вперед, пожалуйста.
Я наклонилась, позволяя ему завязать узлы за спиной.
— Мне просто не нравятся твои интриги, только и всего. Не люблю я это.
— Скажите на милость, какие такие интриги?
— По большей части я даже не знаю. Интриги джентри, полагаю. Ты говоришь правду, но в ней всегда скрыт двойной смысл.
Дориан бережно прислонил меня к скале и привстал на колени, чтобы заглянуть мне в глаза.
— Ах, но я действительно говорю правду.
— Просто иногда я не могу понять, чего ты хочешь, Дориан. Что ты задумал. Ты непредсказуем.
На его лице расплылась довольная улыбка.
